6 Декабрь 2019



Новости Центральной Азии

Таджикистан: Строительство Рогунской ГЭС не несет угрозы странам-соседям?

10.02.2009 15:44 msk, Хулькар Юсупов (Душанбе)

Таджикистан Вода

Проекты строительства крупных гидроэнергетических проектов на территории Центральной Азии вызывают сильнейший ажиотаж в среде ученых и политиков. Волны дискуссий о дележе ресурсов трансграничных рек захлестывают полосы газет и страницы Интернет-сайтов. Однако есть голоса, пытающиеся убедить нас в том, что никакого штормового конфликта на «водной почве» вовсе нет. Свое видение ситуации из Душанбе предлагает известный таджикский журналист и эксперт Хулькар Юсупов.

* * *

В советской прессе под публикациями на щепетильные темы, анализ которых не доверялся рядовым журналистам, часто мелькали фамилии типа «П.Александров», «И.Петров» и тому подобные. Мои старшие коллеги признавались, что очередной «Петров» – это «человек из ЦК». Те партийные заказы вспоминаются, когда знакомлюсь с выступлениями коллег в прессе Узбекистана и на подобострастно перепечатывающих их статьи некоторых российских сайтах.

Я полностью согласен со специалистом по институциональному развитию Кириллом Валентини, сделавшим следующий вывод: «Судя по заголовкам публикаций, освещающих региональные водные проблемы, - это репортажи с полей сражений… Но если не обращать внимания на воинственную риторику подобных статей, а пытаться обобщить их содержание, то становится ясно: зачастую это не обычные журналистские «страшилки», а плоды запланированных пропагандистских кампаний». (Цитата с сайта ИА «24.kg»).

Чего стоит лишь заголовок-рекомендация некоего Сергея Абдуллаева на веб-сайте Центразия.Ру: «Регулировщикам» рек стоит задуматься…» А публикации о позиции Узбекистана по вопросу строительства ГЭС в Таджикистане, искусственно привязанные к теме экологии, статьи о вызывающем у наших народов беспокойстве о будущем системы водопользования региона? Причем все подобного рода публикации идут без подписи авторов, содержат оценочные суждения типа «новые авантюры», но избавлены от конкретных фактов, присутствуют лишь ссылки на международные документы и слова некоторых экспертов.

Чего же не учитывают авторы подобных публикаций и о чем умалчивают в выступлениях перед анонимными журналистами официальные представители Ташкента?

С чего начиналась экологическая катастрофа?

Журналисты старшего поколения должны помнить победные рапорты советских времен, докладывавших об освоении новых земель в республиках Средней Азии, прокладке ирригационных каналов в пустынях, многомиллионных урожаях хлопка-сырца. Вот некоторые цифры тех лет, причем часть из них составлена узбекскими специалистами: в 1960 году объем используемых Узбекистаном водных ресурсов составлял 30,78 кубических километра, в том числе на орошение уходило 27,9 кубокилометра. Таджикистану доставались, соответственно, 9,8 и 8,69 кубических километра. Спустя двадцать лет эти показатели в Узбекистане возросли более чем в два раза (!), в Таджикистане они существенно не изменились и составляют 11,43 и 11,7 кубокилометра. В 2000 году узбекские земледельцы использовали на орошение уже 56,66 кубокилометров, а таджикские – 9,05.

- Если суммарный естественный речной сток в бассейне Аральского моря в среднем за год составляет 116,5 кубокилометра, то более 59,8 процента этого объема используются Узбекистаном, а Таджикистаном - всего около 11,9 процента. Хотя на нашей территории формируется 55,4 процента водных ресурсов этого бассейна, а в Узбекистане – лишь 7,6 процента, - поясняет Хомид Арифов, заместитель директора института «Нурофар», секретарь Таджикского национального комитета Международной комиссии по большим плотинам.

По его словам, расточительное отношение к водным ресурсам, экстенсивная водная политика, гонка по наращиванию сельскохозяйственного сектора, особенно - сферы хлопководства и другие факторы привели к катастрофическому уменьшению объема воды в Аральском море - с 941 кубокилометра в 1970 году он снизился до 105 в 2006-м. За последние 35 лет из-за несоблюдения лимита попусков в Аральское море его объем сократился более чем в девять раз. Доказано, что в этом повинны именно страны, расположенные в низовье бассейна. Так что не Таджикистан является источником загрязнения и экологического бедствия в бассейне Аральского моря.

- По нашим данным многолетних наблюдений, водный и солевой режимы Сырдарьи и Амударьи на территории Таджикистана остаются на уровне средне-многолетних показателей, - продолжает Х.Арифов. - Изменения этих режимов происходят, в основном, в равнинной части. Если в 1950-1965 годах минерализация воды этих рек изменялась в пределах допустимого (0,33-0,72 грамма на литр), то уже в 70-80-х она достигла до 2,8 г/л в низовьях. Наибольшее увеличение минерализации воды Амударьи происходит за пределами Таджикистана на пути между створами [гидропоста] Керки (Туркменистан) и [водохранилища] Туямуюн (Узбекистан) за счет сброса коллекторно-дренажных вод в среднем течении. Необходимо подчеркнуть, что в среднем и нижнем течении Амударьи отмечаются самые большие потери воды в ходе фильтрации и низкий коэффициент полезного действия системы. Официально заявляю, что на выходе с территории Таджикистана минерализация воды в Амударье ниже установленной для воды питьевого качества ПДК (ПДК - предельно допустимая концентрация. - Прим. ред.)».

В министерстве мелиорации и водных ресурсов Таджикистана мне показали аналитическую таблицу, от которой мне стало страшно за будущее нашего земледелия. Согласно таблице, площадь засоленных земель в регионе за последние пятнадцать лет увеличилась в Туркменистане - до 91 процента; в Узбекистане – до 56-75 процентов; в Таджикистане - до 18-36 процентов; в Кыргызстане - до 12-18 процентов; в Казахстане - до 40-80 процентов. По данным узбекских мелиораторов, которые мне предоставили таджикские водники, в Хорезмской области этот показатель достиг 93 процентов, в южных районах Каракалпакстана – 91 процента, в Ферганской области – 49 процентов, в Андижанской - 44,3 процента.

Специалисты природоохранного ведомства привели мне данные из трудов академика АН Узбекистана М.А.Мухамеджанова, согласно которым в засоленном и заболоченном состоянии находятся 800 тысяч гектаров узбекских земель, а 1,5 миллиона гектаров в устье Амударьи превратились в пустыню. Засоленные земли приходится регулярно промывать, что, с одной стороны, требует дополнительных объемов воды, а с другой - добавляет проблему сброса засоленных промывных вод. В Средней Азии уже существует более двадцати таких озер площадью десять квадратных километров и более. К примеру, один из таких водоемов площадью 3200 квадратных километров образовался на месте Сарыкамышской впадины.

- Экологическая проблема в регионе вокруг Арала - в большей степени экономическая и технологическая, - считает Ойхун Шарипова, заместитель председателя Комитета по охране окружающей среды при правительстве Таджикистана. – Есть еще одна проблема, не менее важная, чем спасение Аральского моря: это спасение в странах Центральной Азии ледников и хрупких горных экосистем, особенно горных лесов. Ведь за последние десятилетия изменение климата привело к 30-процентному сокращению площади наших ледников. К сожалению, не все страны региона считают кризис водообразующих ледников Памира и Тянь-Шаня актуальной экологической проблемой. Но это - «больная точка» планеты.

Арифметика на фактах

- Таджикистан всегда активно участвовал в улучшении экологической ситуации бассейна Амударьи, - заявил заместитель министра иностранных дел Таджикистана Махмуджон Собиров. - Однако считаем, что систематическое давление на общественное мнение с указкой на нашу страну как на основного виновника проблемы Арала, несправедливо. Экологическая проблема Аральского моря существует и без Рогунского водохранилища, и при его отсутствии не разрешится.

Таджикский дипломат считает, что в последнее время вопросы рационального и справедливого использования водно-энергетических ресурсов региона «обсуждаются преимущественно журналистами-дилетантами и специалистами не водного хозяйства, и тем самым создается нездоровый климат вокруг межгосударственных водно-энергетических отношений».

В результате, по мнению Собирова, общественность стран региона получает «тенденциозную и искаженную информацию, порождаются взаимное недоверие и необоснованные опасения населения по поводу строительства водохранилищ и гидроэлектростанций в притоках Амударьи и Сырдарьи».

- Что касается опасений по поводу якобы ожидаемого искусственного маловодья и связанных с ним проблем орошаемого земледелия, которые, якобы, возникнут после строительства Рогунского водохранилища, то эти опасения, по большому счету, не имеют под собой реальной почвы, - продолжает М. Собиров. - Они являются следствием отсутствия объективной и достоверной информации о намечаемой достройке Рогунской ГЭС и других гидроэнергетических объектов республики.

Что ж, попробуем апеллировать к фактам. На одной из встреч с узбекистанскими коллегами я услышал полушутливые упреки: мол, «своими авантюрными планами строительства ГЭС вы оставите нас без воды – перекроете кран, как мы вам – газ». Но газ-то можно сжигать, когда его некуда девать. А вот воду куда денем, если нет у нас Каракумов и Мирзачуля? Не услышал от них убедительных ответов. И вовсе они были растеряны, когда сказал им, что проектные разработки строительства Рогунской и других ГЭС были выполнены при активном участии специалистов Узбекистана из института «Ташгидропроект», причем - с преимущественным учетом интересов Узбекистана и Туркменистана.

По данным Х.Арифова, в отчете ташкентского института «Средазгипроводхлопок» за 1991 год говорится, что основными мероприятиями по снижению дефицита воды в бассейне реки Амударья являются осуществление реконструкции оросительных систем и строительство Рогунского водохранилища. Об этом же пишут в своем отчете в 1993 году специалисты института «Ташгидропроект», подтверждая параметры, эффективность и значение гидроузла в решении энергетических, водохозяйственных и социально-экономических проблем среднеазиатского региона.

Почему-то ни одна из сторон, высказывающих претензии по поводу строительства ГЭС в Таджикистане, не хочет понимать, что строительство Рогунской ГЭС, как и Шуробской на Вахше и Даштиджумской на Пяндже, было утверждено документально всеми сторонами региона в конце 80-х годов.

Так кого имели в виду узбекские журналисты, говоря о «новых авантюрах, последствия которых мы с горечью наблюдаем на примере экологической катастрофы Аральского моря»? Предыдущее или нынешнее руководство своего государства? Ведь их подписи стоят под многими планами освоения пустынных земель и соглашениями по строительству гидросооружений в регионе.

Те документы были составлены с учетом того, что наполнение Рогунского водохранилища будет осуществляться в течение 8-10 лет, а в маловодные годы этот срок будет соответственно продлеваться, и что данный процесс будет почти незаметен для орошаемого земледелия стран нижнего течения. Причем тогда же было запротоколировано и распределение квот по реке Амударья.

Один из ветеранов тех встреч вспоминает, что именно эта деталь очень понравилась нашим соседям. Так вот, если объем стока в бассейн Аральского моря из Таджикистана составляет 55,4 процента, Кыргызстана - 25,3, Узбекистана - 7,6, Туркменистана - 2,4 процента, то только из Сырдарьи Узбекистан забирает 50,5 процентов, а Таджикистан – 7,8, Кыргызстан - 0,5 процента. А из Амударьи Узбекистан и Туркменистан получают более чем по 42 процента, Таджикистану же из этой реки определены 15,2, Кыргызстану - 0,3 процента (данные экспертов Всемирного Банка и министерства мелиорации и водных ресурсов Таджикистана. - Прим. авт.).

- Такое распределение противоречит международным принципам справедливости, пропорциональности, суверенитета на использование своих природных ресурсов, - считает Х.Арифов. - Это корректировка квот советских протоколов, приведших к катастрофе Арала. Почему бы Таджикистану с Кыргызстаном не поставить вопрос о проведении международной экспертизы по справедливости водопользования в регионе с участием экспертов из США, Канады, Китая, Турции, а не из ЕЭК (Европейской экономической комиссии), которая надеется на поставки газа из Узбекистана, Туркмении и Казахстана?

- В феврале 1992 года в Алма-Ате было подписано Соглашение и образована Международная Координационная Водохозяйственная Комиссия, - рассказывает один из моих собеседников, который не пожелал называть своего имени «из принципа» - мол, надоело что-то доказывать с трибун тем, кто не хочет слышать. - МКВК определила нашей стране лимит со ствола Сырдарьи в 7,8 процента, со ствола Амударьи - 15 процентов. Фактически Таджикистан сейчас использует в среднем 10-12 процентов. Почему же не передать свою долю, например, Туркменистану - на взаимной основе? Ведь если удельное водопотребление (объем воды на человека в год. – Прим. авт.) в Таджикистане составляет 1843 кубометра, то в Туркменистане – 4044, а в Узбекистане - 2596 кубометров.

Касаясь взаимовыгодных отношений между соседями, мой собеседник сказал: «Насколько я знаю, Узбекистан за использование вод Туямуюнского водохранилища и ГЭС в целях орошения платит Туркмении денежную компенсацию в размере свыше $14 млн., в то время как Таджикистану за использование Фарходского водохранилища и плотины не платится ни цента».

Таджикистан не получает компенсацию и за услуги, оказываемые странам региона Кайраккумским водохранилищем, которое было построено в 1952-1956 годы. Это водохранилище обслуживает нужды Таджикистана лишь на тридцать процентов, работая, в основном, на Сырдарьинскую ГРЭС и водохозяйственные цели Узбекистана и Казахстана. Давайте подсчитаем: Кайраккумское водохранилище обеспечивает водой около 200 тысяч гектаров земель Узбекистана. Как-то мне попались на глаза интересные данные самих узбекских специалистов, утверждавших, что один гектар орошаемой земли дает около 200-300 долларов США чистого дохода. С учетом этого получается, что Кайраккумское водохранилище способствует ежегодному получению Узбекистаном $40-60 миллионов!

- Теоретически Таджикистан использует 12-17 процентов стока бассейна реки Амударья, - говорит Хомид Арифов. - В силу вертикальной развитости предгорного рельефа не менее 40-50 процентов забранной воды возвращается в реки. Гидроэнергетика, в отличие от ирригации, не является безвозвратным водопотребителем, то есть она только пропускает воду через турбины ГЭС, возвращая ее в основной ствол реки. Орошаемое земледелие забирает речной сток безвозвратно, и если и возвращает некоторую небольшую часть в виде дренажного стока, то очень плохого качества.

Узбекские специалисты много говорят и по поводу строительства ГЭС на реке Зеравшан. Но, согласно исследованию «Германского общества технического сотрудничества», ГЭС на Зеравшане не нанесет никакого вреда ирригационной системе Узбекистана, который использует 94 процента водных ресурсов этой реки, а Таджикистан - всего 6 процентов от общего объема. Республика Таджикистан намерена построить на реке Зеравшан малую ГЭС суточного регулирования, которая не будет влиять на баланс воды данной реки.

Не отворачивайтесь от соседей, политики!

Любопытно, почему, вступая в прочное, взаимовыгодное сотрудничество с такими странами, как Китай, Турция, Япония и другие, находящиеся за тридевять земель, каждое из наших государств не может наладить самые что ни есть исторически необходимые и экономически выгодные отношения между собой? И почему, если сосед разводит огород и приглашает другого соседа вместе осваивать землю, то непременно надо взывать к далеким странам?

- Решение о возобновлении достройки Рогунской ГЭС нельзя назвать односторонним, как пытаются представить наши оппоненты, - сказал замглавы таджикского МИДа М.Собиров. – Этот объект является открытым акционерным обществом, и страны Центральной Азии в первую очередь могут быть его участниками. Мы считаем, что наши соседи должны быть не меньше нас заинтересованы в достройке этого водохранилища. Правительством Таджикистана принято решение учредить международный консорциум инвесторов для реализации Рогунского гидроэнергетического проекта, о котором еще в декабре 2007 года официально были уведомлены все страны региона.

Считаю уместным напомнить своим коллегам, что одной из важнейших основ современного экономического права является принцип суверенитета государств над их национальными ресурсами. Страны имеют право свободно распоряжаться природными ресурсами, в том числе - водой. В нескольких резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН говорится, что «нарушение прав народов и наций на суверенитет над своими богатствами и природными ресурсами противоречит духу и принципам Устава ООН и препятствует развитию международного сотрудничества и поддержанию мира». Если вода является природным ресурсом, то почему Таджикистан не может воспользоваться своим законным правом распоряжаться ею по своему усмотрению и извлекать из этого выгоду для себя?

Почти в каждом материале и выступлениях государственных мужей раздаются призывы к согласованности действий и соблюдению интересов в сфере управления водными ресурсами региона. А тем временем в Туркменистане реализуются проекты по созданию в Каракумах громадного искусственного водохранилища, который будет соединен соответствующим каналом с Амударьей. Суммарную емкость всех водохранилищ планируется довести до 11 млрд. кубометров (!), питаться же эти водохранилища будут из той же Амударьи.

А как быть с тем, что в Узбекистане, по данным специалистов-мелиораторов Таджикистана, вразрез с соглашением по подаче воды в Кайраккумское водохранилище намерены построить водохранилища в Ферганской долине, при этом не считая необходимым проинформировать о готовящемся проекте соседей?

Тем временем министерство сельского хозяйства Таджикистана, учитывая сложившуюся ситуацию в области обеспеченности водой и использования водных ресурсов, ежегодно сокращает площади под хлопок, несмотря на то, что ранее эта сельхозкультура считалась в республике стратегическим сырьем. В настоящее время производство хлопка в стране составляет порядка 420 тысяч тонн в год, а в конце восьмидесятых годов прошлого века этот показатель составлял почти 1 млн. тонн.

«Говоря о сейсмоопасности возводимых в Таджикистане ГЭС, специалисты из Туркменистана и Узбекистана лукавят перед своими правительствами, - считают в Академии наук Таджикистана. - Уж они-то должны быть прекрасно осведомлены о результатах работы экспертных групп».

Я не хочу выступать в роли прорицателя, но уверен: недалек тот день, когда те же ГЭС на Вахше, Амударье и Зеравшане наши государства будут строить вместе ради будущего нашего поколения. Так же, как вместе осваивали пустыни и вместе возрождали города и сады. И давайте не будем вбивать клин своими истерическими статьями во взаимоотношения наших руководителей. Пусть они встречаются за дастарханом, отбросив в сторону обиды во имя благополучия наших народов. Мне кажется, это должно произойти. Память о дружбе моих родителей и их друзей подсказывает…

Хулькар Юсупов, журналист ИА «Азия-плюс», специально для «Ферганы.Ру».

С другими материалами по проблемам гидроэнергетики Таджикистана и других стран Центральной Азии читайте в специальной рубрике «Ферганы.Ру» Водные проблемы.