21 Сентябрь 2020



Новости Центральной Азии

Гибель Заманбека Нуркадилова как первый акт жестокой войны элит в Казахстане

11.11.2007 13:37 msk, Аскар Мусатаев, Астана

Политика Казахстан

Заманбек Нуркадилов. Фото ИА «Фергана.Ру», ноябрь 2005 года

12 ноября исполняется два года со дня трагической гибели бунтаря-одиночки Заманбека Нуркадилова. Напомним, по официальной версии, диссидент, уволенный с государственной службы весной 2004 года, застрелился 12 ноября 2005 года. Именно в этот день Макпал Жунусова (вдова опального политика) обнаружила тело Заке (так сокращенно звучит по-казахски имя Заманбек) в его рабочем кабинете с тремя пулевыми ранениями. Два выстрела были произведены в область сердца и один в голову. Рядом валялось оружие – револьвер системы «Кобальт» и подушечка, через которую «убивал себя» Заманбек Калабаевич.

23 декабря того же года устами директора Центра судебной медицины Министерства здравоохранения Бауржана Бисембаева в поиске причины смерти была поставлена точка. В качестве подтверждения версии самоубийства журналистам был продемонстрирован специальный анимационный ролик, якобы доказывающий правдоподобность суицида.

Официальные эксперты настаивали на том, что первый выстрел Нуркадилов произвел в себя через подушку. Пуля прошла через грудь и вышла через подмышечную линию, застряв в подлокотнике кресла. Вторая пуля прошла рядом, «прошив» диафрагму и часть легкого. И только после этого он еще раз собрался с силами и выстрелил себе в голову…

Нуркадилов, Заманбек Калабаевич [материал из Википедии - свободной энциклопедии] - Политик. Государственный деятель. Аким Алматы и Алматинской области. Дата рождения: 15 января 1944. Место рождения: Казахская ССР, Алма-Атинская область, Нарынкольский район. Дата смерти: 12 ноября 2005. Место смерти: Алматы…[далее…]
У нас нет никаких доказательств для опровержения официальной версии. Мы можем лишь предположить, что если бы Заманбек Нуркадилов не застрелился, то, вполне возможно, спустя ровно три месяца не состоялось бы и казни над Алтынбеком Сарсенбаевым и его помощниками.

События, происходящие в последнее время в стране, наталкивают на мысль, что эти два происшествия все-таки как-то связаны между собой. Может быть только мотивами. Но одно бесспорно: когда своевременно не было сделано правильных выводов из первого преступления - произошло второе.

Между тем, сегодня становится очевидным, что ни одна из версий смерти Нуркадилова, из высказанных по горячим следам два года назад на различных Интернет-форумах, не имеет под собой никакой почвы. Опального политика не убивала оппозиция, для того, что бы сорвать 5 декабря 2005 года президентские выборы. Скорее всего, не стал он и жертвой криминальных разборок. Не расстреливала его и власть, как таковая. В смысле государство было меньше всего заинтересовано в такой кончине политика, публично критикующего президента.

Правда в любом случае не стоит путать государство с некоторыми государственными служащими, которые могли думать и действовать иначе. Скорее всего, оба трагических случая произошли лишь потому, что кто-то кого-то очень сильно хотел подставить. Власть же из страха наказать истинных виновников гибели Нуркадилова только спровоцировала кого-то на второй дубль. Или на ответную «подставу».

А вот в отношении Сарсенбаева чаще других «за кадром» официальных комментариев муссировалось только две версии: за убийством стоят бывшие руководители Комитета национальной безопасности (КНБ). Один первый, другой - второй. И в обществе лишь спорили о моменте, когда та или иная персона работала в Комитете. Так как временной фактор одного делал шахматистом, а другого - лохом, которого «развели по-крупному».

Сегодня все чаще возникает мысль, что смерть Заке, как и смерть Алтыке могли быть на руку кланам, ведущим уже тогда нешуточную борьбу за власть. Каким конкретно – даже спустя годы общественности неизвестно. Можно конечно, вспомнить, как сразу же после переизбрания Нурсултана Назарбаева президентом его дочь Дарига пообещала, что через полтора-два года «они подумают о преемнике». Но это только слова, которые даже к делу не пришьешь. Тем более что вскоре министр культуры и информации Ермухамед Ертысбаев ее выгородил, сообщив в одном из своих интервью, что Дарига Нурсултановна накануне сказанного очень бурно праздновала очередную победу отца, и давала комментарии журналистам «несколько не в себе».

Однако глупо отрицать, что настоящую подоплеку двух самых громких в истории Казахстана криминально-политических происшествий почти никто знает. К тому, чтобы гибели обоих политиков придать именно такой мотив, какой заявлен официально, приложило свои руки гораздо больше людей, чем допустимо для сохранения тайны. Рано или поздно мы узнаем кто, как и зачем «помогал», сделать уход из жизни Нуркадилова обычным суицидом, а убийство Сарсенбаева - сведением счетов за неосторожное интервью. И, скорее всего, до этого момента истины осталось ни так уж и много времени. Так как у кого-то скоро обязательно появится непреодолимое желание воспользоваться этой информацией как оружием массового поражения в межэлитной войне.

Опальный политик и экс-зять президента Рахат Алиев уже пытается раскрутить из убийства Алтынбека Сарсенбаева казахстанское «дело Гонгадзе». По прозрачным намекам, скорее всего, действительно поступающим из столицы Австрии, в глазах обывателя рисуется картина, что к этой истории причастен Нуртай Абыкаев, бывший спикер сената, и нынешний посол Казахстана в России, известный личной преданностью действующему президенту.

У нас нет никаких оснований отвергать возможность того, что осужденный за «заказ» Сарсенбаева бывший руководитель аппарата сената Ержан Утембаев не являлся конечным звеном цепочки. При этом трудно не обратить внимания на то, что при возможном причинно-следственном сходстве мотивов смерти Алтыке и Заке беглый родственник «маякует» лишь по одному эпизоду. Неужели он не знает никаких подробностей по факту гибели Заманбека Нуркадилова? Особенно, если вспомнить, что в обоих случаях газета «Караван», о праве на которую в этом году заявлял сам Рахат Мухтарович, становилась главным рупором, комментирующим ход обоих расследований. А тогдашний, и пока еще нынешний министр внутренних дел, некогда отрапортовавший о блестящей работе своих подчиненных в запутанных делах, считался «креатурой» Алиева.

Напомним, что глава МВД Бауржан Мухамеджанов, чье ведомство доводило расследования по обоим делам до логического завершения, еще в начале года не испытывал к Рахату Мухтаровичу личной неприязни. Он-то точно знает, каким образом собиралась доказательная база. Как наверняка знают об этом и в Генеральной прокуратуре, причем не только ее руководители. Как владеют почти полной картиной событий высокопоставленные чины в КНБ. Как знают о многочисленных нестыковках некоторые руководители Верховного суда, а, возможно, и конкретные исполнители чьих-либо указаний в областном. Кстати, защитниками исполнителя утембаевского заказа Рустама Ибрагимова (и он сам знает больше, чем говорил на процессе), по версии суда, были адвокаты, по слухам, аффилированные с Алиевым. Во всяком случае, один из них - адвокат Нурлан Устимиров - позже подыгрывал экс-послу, бездоказательно заявляя о том, что сотрудники Нурбанка Хасенов и Тимралиев скрываются за границей. Но это уже ария из другой скандальной оперы.

Тем не менее, какой может быть истинная причина «тут помню - тут не помню» у австрийского изгнанника? Почему Алиев, сказав «а», не говорит «б»? Решил бороться с режимом порционно? Сегодня интересные детали по делу Сарсенбаева, завтра - Нуркадилова?

Кстати, вскоре после убийства А.Сарсенбаева Дарига Назарбаева, еще не будучи разведенной с Рахатом Алиевым, в своем интервью, опубликованном все в том же «Караване», признавала тот факт, что Нартай Дутбаев (тогда председатель КНБ) докладывал главе государства о роли в этом преступлении ее мужа. Хотя позже она несколько дезавуировала собственное признание.

Так знает Алиев, что случилось с Нуркадиловым и Сарсенбаевым на самом деле, или нет? Учитывая целую серию совпадений, он, скорее всего, в курсе многих деталей. А вспоминая выложенные аудифайлы с телефонными разговорами во всемирной паутине, можно предположить, что для этого человека вообще невозможного мало. Учитывая его недавнее положение в системе государственного управления, понятно, что Алиев всегда в курсе большинства излюбленных рецептов отечественной политкухни. Во всяком случае, он доподлинно знает, что из себя конкретно представляет та или иная персона на казахстанском олимпе. И какова ее роль в механизме сдержек и противовесов.

Вполне возможно, что полупрозрачные откровения по поводу только одного происшествия вызваны тем, что там без труда можно продолжить связку Ибрагимов – Утембаев – Абыкаев. Никем еще убедительно не опровергнут сценарий убийства, в соответствии с которым последняя фамилия должна была быть выбита из властной обоймы. Мы помним, что в феврале 2006 тела расстрелянных никто и не старался спрятать. Их бросили как будто для того, чтобы протестировать действия официальной Астаны. По принципу: ладно, смерть Заке оказалась «серийным самоубийством», но как вы сможете сейчас переварить вот это?

Если вспомнить недавно открывшиеся технические возможности экс-посла и сопоставить их с фразой Алтынбека Сарсенбаева, сказанной при похищении Рустаму Ибрагимову, о том что «встреча была запланирована на завтра», то можно сделать определенные выводы. Например, по поводу того, что о встрече и людях, готовивших ее, Алиев мог узнать и из телефонных разговоров. А потом сделать свою игру на опережение.

Сейчас бросается в глаза то, что откровения новоявленного «демократа» совпали по времени с информацией ряда СМИ о скором возвращении Нуртая Абыкаева на родину. Виноват ли он прямо или косвенно в смерти Алтынбека и Заманбека это еще бабка надвое сказала. Но то, что с его отстранением от дел многое в стране стало развиваться как бы стихийно – это заметно даже непосвященным в секреты казахстанского полишинеля.

Нуртай Абыкаев долгое время держал в своих руках многие нити, о существовании которых большинство даже не догадывается. Он вел как теневые, так и полутеневые переговоры с руководителями всех финансово-промышленных группировок, региональных и клановых элит. И даже возможно, что с шефами группировок, в контактах с которыми политик никогда не признается. Но это жизнь, и без таких связей в политике не обходится. Иначе никто не будет знать возможные риски. Об этой роли Абыкаева Алиев не мог не знать. На таких серых кардиналах в большинстве стран (во всяком случае, постсоветских) все и держится. Они не только в курсе всех событий, но и пользуются полным доверием тех, кому принадлежит верховная власть.

В соседней Киргизии во времена Аскара Акаева схожие функции в государственной машине исполнял Мисир Аширкулов. Давний соратник президента и земляк («северянин»), что в Азии говорит о многом. В разные годы он был министром национальной безопасности, руководителем Администрации президента, секретарем Совета безопасности. Но в один момент, как оппозиция, так и окружение Акаева, видимо испугавшись степени его влиятельности, вынудили президента отодвинуть Аширкулова от дел. Поводов для этого было достаточно, в том числе, ему приписывалась определенная роль в организации Аксыйских событий, когда власти расстреляли демонстрантов.

Но после того, как Аширкулов был отодвинут от дел, режим просто не стал успевать реагировать на быстроменяющуюся ситуацию, для контроля над которой у Аскара Акаева не оказалось надежных рук. Кроме того, у официального Бишкека не стало информации о людских, финансовых и организационных ресурсах, которыми реально располагала та или иная группировка, или региональный клан. В результате в марте 2005 года в Киргизии произошло то, что и должно было произойти со слабой властью.

Грозит ли Казахстану такой сценарий? Трудно что-либо однозначно говорить по этому поводу. Никто из нас не располагает реальной картиной. Мы можем лишь предполагать, что в Казахстане, скорее всего, в данное время размеры теневой экономики пропорционально не меньше чем в предреволюционной Киргизии. А, как известно бизнес-планы государственных переворотов еще никогда не финансировались из прозрачных бюджетов. Наверное, и игроков, желающих взять власть в свои руки у нас в республике не меньше, чем было у соседей два-три года назад. Тем более, что ставки в этой игре несоизмеримо больше.

К тому же, наша власть явно заблуждается, что киргизов на революцию подвигла нищета, считая, что у нас в этом плане все нормально. Хотя нищие никогда не задумываются над политическими переменами, им некогда, так как приходится ежеминутно думать о хлебе насущном.

Скорее всего, после того, как Нуртай Абыкаев молча смирился с той ролью, что ему пытаются отвести в деле Сарсенбаева, его местно в системе занял Владимир Ни (бывший управделами президента). Во всяком случае, аудифайлы уже упомянутых телефонных разговоров, предполагают, что один из голосов похож на его голос. Но судя по содержанию бесед, он на этом месте далеко не Абыкаев. Уровень не тот. А отсюда и проколы во внутренней политике. Взять даже пропагандистскую компанию, направленную на дискредитацию Рахата Алиева. Единственное, чего добился голос из Интернета, так это того, что люди стали задумываться о том, как такой человек мог быть тчленом семьи президента? И это, видимо, лишь один из проколов, известных широким кругам населения.

Сам Назарбаев, скорее всего не может не замечать разницы в стилях и методах работы двух «серых кардиналов». Более того, он видимо предполагал, что на этом участке могут быть сбои. Наверное, поэтому в начале года в республику был возвращен бывший посол в США, а ныне государственный секретарь Канат Саудабаев, которому предписываются организаторские и аналитические способности, схожие с теми, что обладает Абыкаев. Но ожиданиям не суждено было сбыться.

Поэтому становится понятным, почему Рахат Алиев сейчас намекает на причастность Абыкаева к неким преступлениям. С такой репутацией его возвращение в Казахстан становится невозможным. А без него экс-зятю легче мстить экс-тестю.

Правда, в этой ситуации, как сказано в саундтреке к культовому фильму «Бумер»: «никого не жалко». Если бы два года назад не стрелялся с трех попыток Заманбек Нуркадилов, то сегодняшние события вряд ли стали бы возможными. Кто бы за гибелью бунтаря-одиночки не стоял бы тогда на самом деле.