20 Август 2019



Новости Центральной Азии

Хельсинкская Федерация по правам человека: демократические нормы в Узбекистане постоянно нарушаются

30.03.2007 14:21 msk, Фергана.Ру

Права человека Узбекистан

27 марта Международная Хельсинкская Федерация по правам человека (Helsinki Federation for Human Rights) опубликовала традиционный ежегодный отчет о соблюдении прав человека в странах ОБСЕ. Мы публикуем краткий перевод фрагмента доклада, посвященного Узбекистану.

Оригинал доступен на веб-сайте:Reliefweb.int

«Узбекистан по-прежнему остается страной, управляемой Президентом Исламом Каримовым, где систематически нарушаются демократические нормы и международные стандарты в области защиты прав человека.

В течение года узбекские власти продолжали прилагать усилия по предотвращению распространения информации, противоречащей официальной политике, в особенности, оценке андижанских событий мая 2005 г., когда сотни мирных граждан погибли в результате неправомерного применения силы органами правопорядка, преследующих группу вооруженных людей. Сразу после событий последовало применение жестоких репрессивных мер в отношении независимых журналистов, правозащитников и других критиков режима, ограничивая и без того узкое пространство, оставшееся для использования права на свободное выражение мнений, свободу собраний и ассоциаций.

В то время как происходили новые показательные суды над «религиозными экстремистами», обвиняемыми в организации беспорядков в Андижане, власти продолжали противиться требованиям независимого международного расследования событий; ответственные за гибель мирных граждан не предстали перед правосудием. Международное сообщество потерпело неудачу в деле привлечения режима Каримова к ответу за андижанскую бойню и последующие события; ноябрьское решение Совета Европы о смягчении по большей степени символических санкций, введенных против Узбекистана в 2005 г. было особенно разочаровывающим.

Отсутствие независимости судебной системы, широкое распространение коррупции и произвол органов правопорядка остаются темами, вызывающими наибольшее беспокойство. Широко распространенной практикой остается применение пыток и плохое обращение с заключенными, чтобы вынудить подозреваемых «признаться» в преступлениях, в которых их обвиняют; по-прежнему применяется смертная казнь.

Право на жизнь

Указ, подписанный президентом Каримовым в 2005 г., гласил об отмене смертной казни в Узбекистане к 2008 г. Тем не менее, в 2006 г. смертная казнь продолжала активно применяться в отличие от других центральноазиатских стран-членов ОБСЕ. Это привело к обеспокоенности мирового сообщества, поскольку судебные процессы часто проводились с серьезными нарушениями международных стандартов справедливого судопроизводства.

Приговоренные к смертной казни содержались в плохих условиях; с крайне скудным рационом питания и плохих санитарно-гигиенических условиях, что привело к широкому распространению туберкулеза. Они и их родственники жили в неопределенности относительно даты казни, что вызывало эмоциональные страдания.

Справедливое судебное разбирательство и эффективные средства правовой защиты

В стране не существовало независимости судов и право на равенство перед законом, справедливое судебное разбирательство и эффективные средства правовой защиты систематически нарушалось. Признания, сделанные под пытками и в результате плохого обращения с заключенными, постоянно выдавались за действительные свидетельства.

Поступали сведения о серьезных нарушениях в ходе судебных процессов, связанных с андижанскими событиями (см. раздел о свободе религии) и преследованиями правозащитников и других оппонентов режима (см. раздел о свободе выражения мнений и правозащитниках).

Свобода печати

После андижанских событий власти значительно усилили давление на независимые СМИ, что выразилось в волне угроз, запугиваний и притеснений независимых журналистов. Как результат, большое число независимых журналистов покинуло страну; несколько представительств международных агентств печати и новостных агентств были вынуждены закрыться. Те немногие журналисты, которые продолжали критически освещать политику государства, оставаясь в стране – часто работая под псевдонимами – подвергались значительному риску.

В сентябре Улугбек Хайдаров, независимый журналист, сотрудничавший с международными СМИ, был арестован по подложному обвинению в вымогательстве после того, как в его карман был подкинут конверт, содержащий приблизительно 300 евро. На судебном заседании, проведенном по упрощенной процедуре 5 октября, он был приговорен к шести годам тюрьмы, но спустя месяц был отпущен.

Джамшид Каримов, другой независимый журналист и коллега Хайдарова, исчез приблизительно в сентябре, когда Хайдаров был арестован. Позднее было обнаружено, что Каримова содержали в психиатрической клинике в Самарканде, без каких бы то ни было медицинских оснований для этого.

Независимый журналист Алишер Таксанов уехал из Узбекистана в соседний Казахстан осенью 2006 г. из-за многочисленных угроз.

Свобода собраний

После андижанских событий власти усилили меры по предотвращению протестных митингов; в 2006 г. по-прежнему оставалось сложным провести такие митинги. Заявки на проведение собраний как от зарегистрированных, так и незарегистрированных НГО постоянно отклонялись под различными предлогами. Более того, дополнения к Административному кодексу, введенные в действие в конце 2005 г., постанавливали, что участники несанкционированных митингов подвергаются штрафу в размере 50-100 минимального размера оплаты труда или административному задержанию на срок до 15 дней.

Произошло несколько случаев, когда антиправительственные пикеты, организованные НГО или политическими группами были насильственно разогнаны, а их участники получили предупреждения, были избиты или арестованы.

Свобода ассоциаций

Дополнения к Уголовному и Административному кодексам, вступившие в силу 1 января 2006 г., ввели новые ограничения на работу НГО. В частности, там указано, что люди, принимающие участие в деятельности незарегистрированных организаций или нарушают устав НГО, должны быть подвергнуты штрафу и административному задержанию на срок до 15 дней. Они также устанавливают санкции против работников иностранных и международных НГО, которые осуществляют политическую активность и активность по привлечению финансовых ресурсов, которая рассматривается, как выходящая за рамки основной деятельности их организации.

На практике, независимые НГО продолжали испытывать серьезные трудности в своей работе, включая отказы в регистрации и аренде конференц-залов, а их участники подвергались угрозам и запугиваниям. Власти также усилили контроль за деятельность зарегистрированных НГО; те немногие иностранные и международные НГО, которые остались в стране, испытывали постоянное давление.

В начале 2006 г. Freedom House («Дом свободы») была вынуждена свернуть свою деятельность в Узбекистане после проигрыша дела, инициированного Министерством юстиции. Организацию обвинили в нарушении узбекистанского закона об НГО, включая предоставление свободного доступа в Интернет местным правозащитникам. Власти отказались продлить аккредитацию одному из сотрудников Human Rights Watch в Узбекистане, который был вынужден покинуть страну.

Антитеррористические меры и пытки

Узбекские власти использовали андижанскую бойню, в которой обвинили религиозные экстремистские группы, в качестве предлога для проведения новых произвольных арестов независимых мусульман и предъявления им обвинений. По результатам многочисленных судебных процессов, проведенных с конца 2005 до середины 2006 г., сотни людей получили обвинение в терроризме и других противоправных действиях, связанных с андижанскими событиями, и им были вынесены суровые приговоры. Все судебные заседания кроме одного проводились за закрытыми дверьми, и правозащитники, журналисты и представители посольств иностранных государств не были допущены к наблюдению над процессами. Согласно мнению адвокатов и родственников, многие обвиняемые были вынуждены подписать признания под пытками или в результате плохого обращения.

Отмечено значительное число случаев, когда власти других стран региона, включая Россию, Казахстан, Киргизстан и Украину, насильственно возвращали людей, покинувших Узбекистан после андижанских событий, несмотря на риск применения пыток и плохого обращения в отношении этих людей после возвращения. В ряде случаев высылка людей происходила вне рамок юридических процедур.

Правозащитники

Разрушение системы защиты прав человека, началом чему послужили андижанские события, продолжилось в 2006 г. и нанесло серьезный урон гражданскому обществу страны.

В течение годы были инициированы уголовные дела против большого числа правозащитников и двенадцать или более из них были отправлены в тюрьму по очевидно политически мотивированным обвинениям. Среди правозащитников, подвергавшихся преследованиям, были члены Узбекского общества защиты прав человека и женщины-активисты.

На секретных слушаниях, прошедших в январе, Саиджахон Зайнабидинов, глава андижанской правозащитной организации, был приговорен в семи годам заключения по обвинениям, главным образом, связанным с андижанскими событиями. Помимо прочего, его обвинили в принадлежности к религиозной экстремистской организации и распространении материалов, несущих угрозу общественному порядку. Согласно заявлениям узбекского правительства, он обеспечивал «террористов» информацией о событиях, происходящих в Андижане и распространял «клеветническую» информацию о событиях. Зайнабидинов находился в Андижане во время майских событий 2005 г. и открыто говорил, а также давал интервью зарубежным СМИ о произошедшей бойне. В конце 2006 г. Зайнабидинова перевели в тюрьму Зангатинского района, неподалеку от Ташкента.

Азамджон Фармонов, глава Сырдарьинского регионального отделения Узбекского общества защиты прав человека, и Алишер Караматов, глава Мирзаабадского регионального отделения Узбекского общества защиты прав человека, были арестованы в Гулистане, Сырдарьинской области, 29 апреля. Арест последовал вслед за жестоким вторжением полиции в квартиру Фармонова, когда его беременную жену ударил полицейский. Менее, чем два месяца спустя, 15 июня, мужчин приговорили к девяти годам заключения по обвинению в вымогательстве. Суд проходил с нарушением международных стандартов, при отсутствии защиты для обвиняемых. До судебного слушания мужчин в течение месяца держали в заключении без права на общение с родными и адвокатами; к ним применялись пытки, включая побои и попытки удушения. После вынесения вердикта Фармонова отправили в пользующуюся дурной славой тюрьму Жаслык, организованную в 1997 г. на месте бывшей советской военной базы для содержания заключенных по религиозным делам. Это был первый случай, когда правозащитник был отправлен в данную тюрьму.

Мутабар Таджибаева, глава правозащитной организации «Fiery Hearts Club» («Клуб горящих сердец») в Ферганской долине, была арестована в октябре 2005 г., незадолго до того, как она должна была отправиться в Ирландию, чтобы принять участие в международной конференции по защите прав человека. До своего ареста Таджибаева принимала активное участие в мониторинге соблюдения прав человека, писала отчеты и публично высказывалась против репрессивных действий государства, последовавших за андижанскими событиями. В марте 2006 г. ее приговорили к восьми годам заключения в совокупности по семнадцати статьям обвинения, включая клевету, вымогательство и участие в нелегальной организации.

Что вызывает особое беспокойство, технология советских времен по принудительному содержанию диссидентов в психиатрических клиниках неоднократно применялась к женщинам-активистам после Андижана. Среди прочих, 69-летняя Лидия Хамроева была принудительна помещена в такую клинику, также как и Мутабар Таджибаева во время заключения.

Узбекскими властями были предприняты новые усилия для того, чтобы вызвать публичное осуждение правозащитников, и поступили сообщения о новых так называемых «демонстрациях общественного гнева», как, например, в Джизакской области, одном из самых опасных мест для правозащитников.

18 августа Бахтияр Хамроев, правозащитник из Джизакской области, был атакован группой женщин, которые ворвались в его квартиру и обвинили его в предательстве. Полиция наблюдала за происходящим, не вмешиваясь, пока Хамроев не был серьезно ранен. После вмешательства полиции, тем не менее, ни одна из нападавших не была арестована. За период немногим больше года Хамроев уже во второй раз подвергся подобной атаке.

В результате угроз и давления, растущее число правозащитников было вынуждено покинуть страну. Среди них был Талиб Якубов, глава Узбекского общества защиты прав человека, обладатель премии Международной хельсинкской федерации за 2001 год.

Практически все правозащитники, остающиеся в Узбекистане, находятся под наблюдением полиции и служб безопасности, они часто лишены права на свободное передвижение, например, при поездке в другие города им необходимо информировать местные органы правопорядка о своих перемещениях.