21 Сентябрь 2019



Новости Центральной Азии

"Пахтакор-79" - поклон Великим Игрокам

13.08.2004 16:43 msk, Мавлян Юлдашев

История

ПАМЯТЬ: "ПАХТАКОР-79"

ПОКЛОН ВЕЛИКИМ ИГРОКАМ

Каждая страна рождала великих игроков. Они восхищали болельщиков не только своими победами и достижениями, но и просто своей игрой. Во второй половине прошлого века в Узбекистане выросла целая плеяда талантливых футболистов, среди них были футболисты и с мировыми именами, защищавшие честь национальной сборной страны. Им рукоплескали во всех республиках бывшего Союза, в странах Европы, Америки и Азии. Именно матчи с участием этих футболистов смотрели не только поклонники ташкентского "Пахтакора", но и люди, привлеченные на стадионы их мастерством. Продолжая наш рассказ о самобытной футбольной дружине "Пахтакор-79", сегодня мы приводим воспоминания близких погибших футболистов нашей любимой команды:

Алла ТАЗЕТДИНОВА (вдова тренера команды Идгая Тазетдинова):

"...Идгай был умным, всесторонне развитым человеком. Рядом с ним мне было интересно и легко. При недавней встрече один из воспитанников Идгая Рахим Муминов рассказал: "Вы знаете, Идгай Борисович так умел подойти к человеку, что тому казалось, будто он больше всех уважает и ценит только его. А любил он всю команду одинаково. Всех ребят, всех вместе как одну семью. В каждом видел именно индивидуальность, помогал раскрываться лучшим качествам". Он умел создать такую обстановку в семье, что ни один прожитый нами день не был похож на другой. Он был душой компании, прекрасно пел, умел завлечь беседой любого человека. Прекрасно знал литературу, историю, географию. Никогда не терялся в разговоре на религиозные темы, каким бы ни был его собеседник. В доме моих родителей он стал желанным и родным. Через два года после нашей свадьбы появилось на свет прекрасное создание - Анжелика, которую он обожал и всё свободное от работы время проводил с ней. Стирал и гладил пелёнки, нянчил ночами, срываясь с постели лишь только услышав ее беспокойство.

Свою любовь к дочери, внимание и деятельное участие он пронёс через всю свою жизнь. Постепенно вся наша семья увлеклась его профессией - футболом. Мы все не пропускали ни одной игры и стали ярыми болельщиками. Наш дом всегда был полон друзьями, товарищами Идгая по команде, которые собирались у нас семьями в свободные дни от сборов и тренировок. Кончался вечер, а никто не хотел расставаться, долго не расходились по домам. Уже многих нет... В моём доме все традиции остались по-старому. Часто приходят друзья Идгая по команде, наши общие друзья. Мы вспоминаем молодость, их былые заслуги и говорим о нынешних успехах. Идгай навсегда с нами, он рядом.

О трагедии я узнала 12 августа 1979 года. Это был воскресный день, но я работала, потому что завершалась сдача кинокартины "Али баба и сорок разбойников", где я была директором. Надо было оформить протоколы с индийскими кинематографистами, так как фильм был совместным. Во время перерыва я позвонила родителям, узнать как их дела, звонил ли Идгай из Минска. Мама сказала, что звонка не было, но меня разыскивает Слава Кольцов. Он просил, чтобы я ему перезвонила. "У кого-то из ребят, наверное, торжество и надо помочь выбрать подарок", - мелькнуло у меня в голове, и я набрала номер телефона Славы. "Ты где?" - спросил он. "Я сейчас приеду".

Я встретила его в фойе киностудии. "Алла, ребята разбились", - произнес он. "Какие ребята, где?". "Пахтакор", погибли все в авиационной катастрофе":

Бежали какие-то люди, кто-то что-то говорил... Ничего не помню. Перед глазами все плыло и куда-то проваливалось. Откуда-то появилась моя сестра, меня куда-то везли в машине, переодев обручальное кольцо на другую руку. Черная косынка: О случившемся говорили все на разный лад. Но что было на самом деле? Их нет. Всё непонятно. Всё теряло смысл. С вдовами меня свела судьба в тот день, когда грянуло горе. Я нашла в себе силы и вечером поехала в семьи погибших ребят. Как сейчас помню Свету Федорову с маленькой Иришкой на руках, Клару Ан с Димочкой (Элина родилась уже после гибели Миши), Люду Корченову с двумя галчатами - Серёжей и Сашей, Олечку Талибджанову с Наргизой и удивительно ласковым Алишерчиком...

Ни сразу, на сороковой день, мы договорились с Людой Загуменных (она была в Ленинграде) лететь в Куриловку. Я прилетела раньше. Бродила по полю, на котором были разбросаны осколки самолета, валялась часть крыла, приборы и вещи. На деревьях висели какие-то обрывки. С одной из веток я сняла прядь седых волос. Я искала что-то, не понимая, что именно... и нашла обгоревший манжет от рубашки Идгая. Фирменная пуговица была срезана, от бритвы остался свежий след... Я набрала в сумку какие-то осколки от иллюминатора, оплавленные куски металла, землю.

Всем надо было выживать, растить детей, думать об их будущем. А горе? Горе оно остаётся навсегда в душе, постоянно выползая и сверля воспоминаниями, заставляя вдруг, в отчаянии, литься горьким слезам. Ночами, прижав подушку к лицу, украдкой рыдаешь, чтобы не услышали дети. Дружеские отношения у меня сложились со всеми вдовами. Иногда наши встречи были короткими, иногда длились часами. Они все у меня в сердце, всегда. Чаще, все эти годы, были рядом Света Фёдорова с Ирочкой, Люда Загуменных, заброшенная сюда судьбой из Ленинграда, воспитавшая прекрасного сына Серёжу - поддержку и опору всей её жизни, Люда Корчёнова, вырастившая замечательных сыновей Сергея и Александра, Юлечка Талибджанова - нежная и ласковая моя подруга.

Что касается меня, жизнь шла своим чередом. Так надо. А я осталась навсегда в том страшном, трагическом августе 79 года, вместе со своими надеждами, любовью и с тем, которому имя - Единственный. Что я могу пожелать читателям? Чтобы с первыми лучами солнца приходило в каждый дом счастье и радость".


Родные, близкие и друзья у монумента футболистам "Пахтакора-79" на боткинском кладбище в Ташкенте

Клара АН (вдова погибшего футболиста Михаила Ана):

"Отмечая эту круглую дату, мы, его родные и близкие, собрались вместе, чтобы помянуть его, вспомнить, каким он был человеком, выдающимся спортсменом, талантливым футболистом... О том, как Миша играл, хорошо помнят многие из тех, кому сегодня за сорок. Ведь прошло уже 25 лет, как погибла команда. Михаил был неизменным "дирижером" на поле, автором большинства забитых мячей и побед "Пахтакора" того времени. Никогда не забуду, как однажды он дважды забил с углового. Никто не мог остановить его.

Видеть игру Миши было большим удовольствием. В 1976 году молодежная команда бывшего СССР, в составе которой был Михаил, стала чемпионом Европы. И тогда он, будучи еще и капитаном этой сборной, получил звание мастера спорта международного класса. А весной 1979 года, участвуя в турнире по футболу с участием сборных США, Мексики и СССР, проходившем в Лос-Анджелесе и Мехико, Миша завоевал приз лучшего полузащитника. О нем тогда писали во всех спортивных газетах и журналах. На обложке американского журнала "Футбол" он был запечатлен крупным планом в игре. Несколько экземпляров журнала "Футбол" он привез с собой.

Можно бесконечно рассказывать об успехах Михаила в футболе, вспоминать о красивейших комбинациях, проводимых им на поле вместе с В.Федоровым и В.Хадзипанагисом, которые неизменно завершались голевыми ударами по воротам противника. Это был действительно феномен в футболе! А в жизни Миша был очень простым, добрым, умным, веселым, ласковым и щедрым человеком. Он источал тепло и любовь ко всем окружающим. И его все любили! Его приезды с поездок превращались в праздники для нас, каждому он привозил что-нибудь в подарок. А дети его просто боготворили, потому что он очень любил их и баловал.

Миша отличался высокой порядочностью. Честность и правдивость в поступках и делах, принципиальность и непреклонность, если речь шла об интересах команды или кого-либо из игроков - вот качества его души, которые так ценили в команде. Не зря он несколько лет был бессменным капитаном "Пахтакора". Вот таким запомнился нам Миша. Вот таким мы его любили, любим и будем любить!".

О футболисте Владимире Федорове вспоминает журналист Толибжон КАСЫМОВ:

"Чтобы подробнее узнать о том, каков был в обыденной жизни кумир спортивных арен я приехал в его отчий дом в Уртасарай, что в Ташкентской области. У входа меня тепло, с открытым сердцем, встретили родители Володи - отец Иван Васильевич и мать Мария Федоровна. Зашли в дом. Вот комната Володи. Его мать уже много лет каждое утро не устает заправлять кровать сына. В комнате идеальная чистота. В шифоньере висит Володина одежда. В середине комнаты большой стол. На столе со вкусом расставлено все семейное богатство - кубки, медали: малые золотые за выигрыш первенства в первой лиге, золотая Чемпионата Европы среди молодежи 1976 года и бронзовая Олимпийская. А посередине кубков и медалей красивый большой вымпел, на котором фотография Володи, а по окружности надпись "Звезда узбекского футбола, мастер спорта международного класса Владимир Федоров"

Мы долго молчали. Было очень трудно начать разговор на волнующую меня тему. Я боялся снова растревожить эти давно раненные сердца. И все-таки мы должны знать и помнить своих спортивных героев. Тем более что были они людьми незаурядными. Как сказал один поэт: "это нужно не павшим, это нужно живым". И, наконец, чтобы будущее поколение знало даже в наше сложное время, с кого стоит брать пример.

Разговор начал Иван Васильевич: "В семь лет привел Володю в детскую колхозную команду. В десять лет в интернат. Вступительные экзамены сдал на отлично". Сам Иван Васильевич родился в 1925 году в Днепропетровске. Воевал на Карельском, втором Белорусском фронтах. Закончил войну на Эльбе. Уже тогда начинал играть в футбол. Несмотря на то, что на войне потерял руку, более двадцати лет играл в колхозной команде. Много сделал Иван Васильевич для того, чтобы поднять уровень футбола в районе.

Мать Володи всю жизнь проработала на фабрике "Труд". Вот ее воспоминания о детстве Владимира: "На школьном стадионе до позднего вечера с друзьями гонял мяч. Иногда, даже зимой, когда во дворе был снег и мороз, его нельзя было загнать домой. Наверное, из-за этой закалки он в детстве вообще не болел".

Своими воспоминаниями поделился и Закир-ака Хусанбаев, учитель физкультуры школы № 67: "Я рад, что мне посчастливилось быть учителем такого человека, как Володя Федоров. Он еще в школе отличался от сверстников смелым, твердым и, в то же время, спокойным характером. Техника владения мячом у него, кажется, была врожденной. Владимир уважал учителей, ровесников, махаллинских друзей. Играя в футбол, не забывал об учебе и, в отличие от многих спортсменов, учился только на отлично".


Монумент погибшим футболистам на боткинском кладбище в Ташкенте

Луиза АШИРОВА (вдова футболиста Алимджана Аширова):

"Я подружилась с "Пахтакором" в родном Термезе, когда команда приехала на предсезонный сбор в 1973 году. Дружна была со многими, но более всего с Аликом (так она его называет), который оказывал мне всяческое внимание. В следующем году приехала в Ташкент поступать в институт иностранных языков, и здесь мы поженились. А через год родился первый сын Олег. Алим был безумно счастлив и все свое свободное время возился с ним".

Луиза поведала удивительную вещь. Словно предчувствуя беду, многие пахтакоровцы-79 в 1978-79 гг. обзавелись детьми. У кого первый, у кого второй. "У нас родился Улугбек, говорит Луиза, но ему не суждено было помнить отца. Алим преданно любил футбол и "Пахтакор". Вообще он очень серьезно относился к футболу, был настоящим спортсменом, не пил, не курил. К матчам готовился предельно собранно. Были у него качества лидера, не раз он избирался капитаном молодежной сборной Узбекистана.

С раннего детства Алимджан бредил футболом, его больше ничего не интересовало. Когда ему исполнилось 11 лет, он уговорил родителей отвезти его в Ташкент, чтобы поступить в футбольный интернат им. Г.Титова. Он учился в одном классе с Владимиром Федоровым, с которым они были близкими друзьями. В 1972 году, закончив интернат, оба попадают в команду "Пахтакор" - мечту каждого мальчишки из Узбекистана. "Пахтакор" тех лет был не только главной командой Узбекистана, но и самой большой любовью в душе узбекского народа. Футбол стал для Алима не просто его работой, футбол был его жизнью.

Высокий, цепкий, жесткий центральный защитник очень нравился главному тренеру Вячеславу Дмитриевичу Соловьеву, который часто доверял ему место в основном составе, а в жизни заменял 17-летнему Алимджану умершего к тому времени отца. Это к нему, к Соловьеву, пришел Алимджан в сентябре 1974 года рассказать о своей первой любви и желании жениться. Вячеслав Дмитриевич просил у моих родителей руки их дочери для своего любимца. Алимджана приняли в моей семье как родного сына, он отвечал им тем же. В августе 1975 года у нас родился первый сын - Олег, в феврале 1979 года - второй сын Улугбек. Алимджан очень любил своих сыновей и страшно гордился тем, что оба его ребенка мальчики.

За 25 лет, прошедшие со дня его гибели, я не встречала человека с такой патологической любовью к своим детям. У его детей должно было быть все самое лучшее - еда, одежда, игрушки, дом, машина. Из всех стран, куда ездил "Пахтакор", он привозил самое лучшее, красивое, вкусное. Когда Олежке было всего 2 годика, Алим стал мечтать о внуках. Теперь я понимаю, что он торопился жить, хотел успеть, хотя бы в мечтах, увидеть то, что не смог ощутить в жизни, видимо подсознательно предчувствуя свой скорый уход. Тогда я этого не понимала.

Алим прожил очень короткую жизнь - 24 года, но он успел очень многое. Он родился и рос в атмосфере любви и внимания со стороны бабушки, родителей, сестер. Судьба ему подарила все, о чем он мечтал: он стал игроком основного состава главной команды Узбекистана "Пахтакор", кандидатом в олимпийскую сборную СССР, его любимая женщина стала его женой и родила ему двух сыновей. В его короткой, но яркой жизни было очень много любви - любви близких, болельщиков, друзей. Он был очень счастливым человеком. Антуан де Сент-Экзюпери говорил: "Наши близкие не умирают, они просто становятся невидимыми". Все 25 лет, прошедшие со дня гибели "Пахтакора", я всегда ощущала его незримое присутствие, он всегда был с нами, оттуда, сверху защищая нас.

Я знаю, что он очень гордится своими сыновьями, которые продолжили его жизнь в футболе. Его старший сын стал в 24 года самым молодым вице-президентом ФК "НБУ-Азия"", а младший - заменил его на футбольном поле. 8 августа 1979 года Алимджан Аширов сыграл свою последнюю игру в чемпионате СССР, а 8 августа 2003 года свою первую игру в чемпионате Узбекистана сыграл его младший сын Улугбек. В 1979 году ташкентский "Пахтакор" выиграл у "Зари" (Ворошиловград) со счетом 3:1, а через 24 года в тот же день команда его сыновей выиграла у "Чирчика" со счетом 7:1.

В 2003 году 4 июля у старшего сына Алима Аширова Олега родился сын - Алим Аширов. 7 июля 2003 г. газета "Узбекистон футболи" писала: "Уже три дня на нашей земле живет еще один Алим Аширов". Сбылась главная мечта Алимджана Аширова - самой любимой игрушкой его внука стал футбольный мяч.

Когда маленький Алим подрастет, я приведу его на стадион "Пахтакор" и расскажу ему грустную историю о том, что когда-то давно Бог создал жизнь на красивой голубой планете, на которой живут люди. И для того, чтобы люди, говорящие на разных языках, могли понимать друг друга без слов, могли дружить, ездить друг к другу в гости, Бог подарил им самую прекрасную игру во Вселенной - футбол. И с тех пор миллионы людей на Земле играют в футбол, проводят чемпионаты разных городов, стран, континентов и всего мира. А самых лучших рыцарей кожаного мяча Всевышний забрал к себе наверх, чтобы они играли на Чемпионате Вселенной. И что 11 августа 1979 года его дедушка со своими друзьями остались в небесах, чтобы играть в футбол в Чемпионате, который не закончится никогда:"


Памятник футболистам перед входом на Центральный стадион "Пахтакор" в Ташкенте

Алла МАКАРОВА (вдова футболиста Владимира Макарова):

"В то лето "Пахтакор" поднимался все выше в турнирной таблице. Ребятам полюбился новый тренер Базилевич. Все боготворили Олега Петровича. Еще бы, знаменитый футболист и тренер киевского "Динамо". В отношениях между наставниками и командой сложилась атмосфера взаимного доверия. 13 августа предстоял очередной календарный матч в Минске с тамошним "Динамо", но из-за каких-то неотложных домашних проблем Олег Петрович не поехал туда и до сих пор переживает о случившемся. Он считает себя чуть ли не виновным в том, что не погиб вместе с ребятами.

За неделю-полторы до полета в Минск я и еще несколько жен футболистов с детьми отправились отдыхать в пансионат на озеро Иссык-Куль. Володя хотел второго ребенка и считал, что перед этим я должна хорошо оздоровиться. Но... Еще до поездки на Иссык-Куль и мне, и мужу приснились странные сны. Мне привиделось, что к нам в квартиру идет моя мама, умершая десять лет назад. Еще во сне я вспомнила, что это нехорошо, покойник хочет кого-то забрать с собой... Примерно в тот же день Володя увидел во сне свое отражение в зеркале, будто он лишается волос.

Утром 11 августа мы с Элиной собрались на прогулку. Дочка бежала по лестнице, зацепилась ногой за ступеньку, и у сандалика оторвался каблук. Я еще пожурила Элинку за неловкость. А теперь мне кажется, что, может, в тот момент Володя думал о нас... На следующий день к нам в пансионат неожиданно приехал работник Госкомспорта Узбекистана. Он сообщил, что случилась неприятность: во время обеда вся команда отравилась и попала в больницу. Мы все быстро собрали вещи. В автобусе успокаивали друг друга. Но в самолете я почувствовала неладное - в большом лайнере летели только мы!

Когда мы прилетели, мне показалось, что сотрудники аэропорта смотрят на нас как-то слишком внимательно, напряженно. Я подошла к одной женщине и попросила рассказать, что же случилось. Она взяла меня за руку и тихо сказала: "Они разбились...". Говорят, ребята могли уцелеть - у их Ту-134 якобы оторвался хвост, но самолет снижался плавно, кругами. И если бы он не загорелся.... По другой версии, еще в небе все потеряли сознание от недостатка кислорода, как только самолет разгерметизировался.

На опознание тела я не поехала. Боялась, что потом буду видеть это до конца жизни, да и все жены узнавали в одном погибшем своих мужей. А в кишиневском самолете, говорят, летели с отдыха школьники. Хоронили ребят через несколько дней в Ташкенте в цинковых гробах. Господи, погиб практически весь основной состав. Самому молодому из футболистов Сирожитдину Базарову было лишь 18. Самому старшему Владимиру Макарову 31. У многих осталось по двое маленьких детей, жена полузащитника Миши Ана была беременна. Нелепо сформулирована причина гибели моего мужа и других ребят в свидетельстве о смерти, выданном в Днепропетровске: "Несчастный случай вне производства. Грубые нарушения анатомической целостности тела, несовместимые с жизнью. Обугливание тела..."

Семьям погибших сразу же выдали страховки. Детям - ежемесячное пособие 120 рублей. Элина получала его до окончания института. Правительство Узбекистана назначило семье персональную пенсию в таком же размере. В Ташкенте к нам относились настолько хорошо и внимательно, что нам с дочерью порой даже было неловко и приходилось скрывать, что мы семья футболиста. Кроме того, Володя успел оставить на книжке солидные сбережения. Так что после его гибели мы, не привыкшие к особой роскоши, в общем-то, ни в чем не нуждались, кроме него самого. Мы и сейчас по нему скучаем. Хочется поехать к Володе в Ташкент на могилку. Но сейчас это слишком дорого. Элина - аспирант. Увидел бы ее сейчас отец, был бы очень рад. А вообще-то, я считаю, что настоящая могила мужа там, где он погиб".

Лилия САБИРОВА (вдова футболиста Владимира Сабирова):

"О катастрофе команды "Пахтакор" я узнала не сразу, раньше игры не показывали по телевизору, только выборочные, этот матч должны были передавать по радио. Раньше я не очень интересовалась футболом, а 11 августа, в субботу почему-то какая-то тревога была на душе. В воскресенье, 12 августа ждала этот репортаж с утра. Но потом объявили, что матч переносится, а причину не назвали. В этот же день в 9 часов вечера сосед-болельщик выразил мне соболезнование, тогда я не поняла, что случилось. Телеграммы еще не было.

Я жила у мамы в области, а сыну было всего 1 год и 6 месяцев. Приехав в Ташкент, первого, кого я увидела - это Туру Шаймарданова. Он был другом Володи, обычно веселый и неунывающий, на него было страшно смотреть. Я даже мысленно не могла представить, что случилось непоправимое. Это было очень страшно пережить. Ведь я почти многих знала в команде, мы учились вместе в интернате, а потом в институте. А с Володей мы дружили с интерната ФОШИСА. Это был очень скромный, застенчивый и умный парень. Володя бредил футболом. Тогда все, кто занимался футболом, были фанатиками этого вида спорта. Наверное, время было другое.

Когда я родила сына, Володя приехал к маме и первым делом стал разглядывать ножки Олежки. Обычно же смотрят, на кого ребенок похож, и я спросила, что он делает. Володя с расстроенным видом ответил, что у сына прямые ноги. Он уже тогда мечтал, чтобы сын стал футболистом. И его мечта сбылась, я точно знаю, что там, на небесах он радуется этому. Я рада, что я смогла выполнить Володино желание - его сын не только достойный человек, но и замечательный футболист, которого так же как его отца любят и ценят болельщики и специалисты по футболу".

Ольга БАКАНОВА (вдова футболиста Константина Баканова):

"Костя накануне улетел в Минск и подарок сыну на день рождения обещал привезти оттуда. Я была дома, когда к нам зашел знакомый нашей семьи. То, что он сообщил, просто не укладывалось в голове. Я тут же поехала в Госкомспорт. Там уже собралось много народу. Увидев меня, все молча расступились перед кабинетом председателя. Стало ясно, что произошло непоправимое... Дружба, которая затем вылилась в серьезные отношения, началась в школе, где мы вместе учились в девятом классе. Костя пришел в наш класс после двух лет учебы в интернате в Москве, куда уехал сразу после землетрясения. Там в футбол он не играл, но после возвращения домой эта страсть охватила его с новой силой. Никаких более серьезных увлечений для него просто не существовало, а так как этим видом спорта он занимался еще до нашего знакомства, то и Костю, и футбол я воспринимала как что-то неразделимое.

Меня всегда удивляли его особо теплые отношения с матерью. Вера Федоровна души не чаяла в своих сыновьях. Борис был на год младше Кости и тоже фанатично любил футбол. Она одна воспитывала своих детей и по праву всегда гордилась тем, что вырастила их честными и порядочными. Костя любил ее до самозабвения. Успехи Кости становились все более заметными. Я не следила за матчами на стадионе, но по его настроению легко определяла, доволен ли он сыгранной в очередной раз игрой. Позже, уже в годы семейной жизни, когда его пригласили в "Пахтакор" и каждого футболиста болельщики знали в лицо, я никогда не замечала в нем самодовольства или самолюбования. Дома он бывал уже редко: игры были ответственными, и команда много времени проводила на базе в Кибрае. Когда выпадали дни отдыха, любимым занятием его было повозиться с дочкой. Ее он брал гулять, ходил с ней по магазинам и даже иногда забирал на базу.

...Некоторое время в "Пахтакоре" играл Владимир Курнев. Наши семьи жили в одном доме, и мы поддерживали довольно близкие отношения. Затем Курневы вернулись в Минск, где Володя стал играть за "Динамо". Мы, однако, продолжали созваниваться, и перед тем роковым полетом я собрала Косте с собой в дорогу ташкентских фруктов. Кроме того, Зоя Курнева позвонила мне накануне и предложила вместе с Костей отправить в Минск нашу дочь Светлану. "Пусть посмотрит Минск, погуляет вместе с нами, а потом с папой вернется в Ташкент", - сказала она мне тогда. К счастью, мы на это не отважились...

...В субботу "Пахтакор" отправился на выезд. Костя, как обычно, собрал сумку и попрощался. Происходило это так же, как и много раз прежде, когда он уезжал из дома. Ничего необычного или примечательного... На следующий день вместе с мамой Кости мы отправились на базар, чтобы подыскать Сереже какой-нибудь подарок ко дню рождения. Потом разъехались: я поехала к себе, а Вера Федоровна к себе. А дома меня уже поджидало страшное сообщение, поверить в которое было невозможно..."

Ахмад БАЗАРОВ (отец футболиста Сирожитдина Базарова):

"В школе почти по всем предметам учился на отлично, отставал только по русскому языку. После школы справлялся со всеми делами, готовил уроки и бежал на стадион. До вечера со своими друзьями гонял мяч. Иногда я сам следил за игрой сына и сердцем чувствовал его талант. Поэтому и не стал препятствовать ему в выборе жизненного пути. Но вот мой отец, дедушка Сирожиддина, много раз говорил и хотел, чтобы он занимался другим делом. Но любовь к футболу не остановила сына. Я был с ним, когда сдавал экзамены в интернат. Помню, в тот год поступали Фархад Магометов, Ислам Ахмедов.

Характер своего сына я хорошо знал, знал также о его мечтах. Но вот прошло столько лет, а всё не могу забыть его слова, которые он не уставал повторять: "Отец, когда закончу играть в футбол, займусь актерством". Он обожал искусство и был талантливым в этом направлении, способности к актерству у него были еще со школы. До приезда в Ташкент Сирожиддин был активным участником художественной самодеятельности, очень любил исполнять индийские песни".

Но, увы, не суждено было стать ему игроком основного состава "Пахтакора" и в будущем актером: В тот день он не должен был лететь, так как обязан был лететь в Минск с дублерами. Но из-за моего приезда, Сирожитдин опоздал к отлету. Его билет был переоформлен на 11 августа: Но то, что после его смерти болельщики помнят его, чтят его память утешает наши сердца. Школа № 35 в селе Тортувли, где он учился, носит имя Сирожиддина Базарова.

Людмила КОРЧЕНОВА (вдова футболиста Александра Корченова):

Я познакомилась с Шуриком в Казани. Мне было семнадцать, когда мы поженились. Сережа родился в 1970 году, через два года появился второй сын Саша. Шурик играл в "Рубине", кстати, вместе со знаменитым Виктором Колотовым. Потом его пригласили в Нальчик, где нам было очень даже неплохо. Но он мечтал играть в высшей лиге и в конце 1972 года В.Соловьев пригласил его в Ташкент. Здесь я обрела много друзей.

Саша был очень коммуникабельным, у нас дома бывало много друзей. Вообще, в нем чувствовалась мужская сила. Я знала, что во всем на него можно положиться и довериться. В команде он был неформальным лидером, даже сборники Миша и Володя относились к нему с предельным уважением. Вообще, он был настоящим спортсменом, соблюдал режим, не курил, не употреблял спиртного. У него была постоянная физическая готовность, он мечтал, что со временем будет играть вместе с сыновьями. Из поездок никогда не приезжал без подарков. Вообще, по жизни он был и остается моим ангелом-хранителем.

Перед этим полетом я была больна, и Шурик уезжал в аэропорт не с базы, а из дома. У меня было какое-то предчувствие, я видела какие-то непонятные сны, много плакала. Он меня спрашивал "Что ты плачешь?", а я не знала, что ему ответить, просила не уезжать. Но он был человек долга, говорил: "По раскладу должен был Толик (Могильный) ехать, но мне надо обязательно. И успокаивал меня: "Всего на три дня". Последнее, что помню, переходя улицу, он поднял вверх руку с тремя пальцами и повторил: "Всего на три дня".

О том, что случилось, я узнала поздно. Все вокруг знали, но щадили меня, не решались сообщить страшную весть. Потом позвонила Рэна Покатилова и сквозь слезы сказала: "Ребята разбились". Не верится, но прошло уже двадцать пять лет. Мой ангел-хранитель всегда со мной. Оба сына получили по два высших образования, на жизнь мы не жалуемся. Идут годы, десятилетия, но я искренне считаю, что самыми счастливыми в своей жизни были те десять лет, которые мы прожили вместе.

Любовь КУЛИКОВА (вдова футболиста Николая Куликова)

"Коля был очень внимательным, добрым и щедрым мужем. Очень любил делать подарки, приглашать домой гостей, сам готовил блюда. У нас часто собирались дома ребята, жарили яичницу с помидорами, луком, красным перцем и сыром. "Сказка" - так они называли это блюдо. Дома у нас часто бывали В.Чуркин, Ю.Басов, Э.Абдураимов, Юнус-ака, К.Баканов и многие другие. Очень любил своих родителей. Отец - Борис Михайлович - был его лучшим другом, советчиком и болельщиком. Отпуск обычно мы проводили дома, в Москве. За 5 лет совместной жизни два раза отдыхали в Кисловодске в санатории "Узбекистан". Потом родилась Марианна, и мы отпуск провели дома: ходили по театрам, ездили в Ленинград. Время летело очень быстро. Жизнь спортсменов такова, что в основном мы были дома одни, у ребят сборы, игры и только в отпуске зимой Коля был с нами.

Страшная катастрофа... Трагедия унесла из жизни нашего любимого дорогого человека мужа и отца, который так нам был нужен, мы так его любили, ждали с игр домой. Прошло 25 лет, а рана наша болит и никогда не заживет, пока мы живы. Светлая память нашим дорогим мальчикам, они живы в наших сердцах, во снах. Жестокая судьба не дала возможности им дожить, долюбить, унесла их прекрасные жизни в расцвете сил. Идут годы, взрослеют дети, стареем мы, а они молодые и красивые смотрят на нас.

Ирэн Покатилова (вдова футболиста Сергея Покатилова):

"Что рассказать о Сереже? Все или ничего. Как вырвать кусок из жизни, которая была такой насыщенной, гармоничной, временами противоречивой, но такой недолгой? Как он относился ко мне, детям, матери?.. Память высвечивает отдельные яркие сюжеты, но целостной картины жизни нет. Как все происходило в тот жаркий день в субботу 11 августа 1979 года? На первый взгляд все было как обычно. Рутинные домашние дела, хождение в магазин, приготовление каши малышке, кормление...

Баюкая ее, я хожу по комнате из угла в угол. Неожиданно я встречаюсь глазами с Сергеем, глядящим на меня с фотографии, и тут же пронзительная мысль: ты смотришь на меня как неживой. Гоню эту мысль от себя (потом, позже, я узнала, что смотрел он на меня в те мгновения, когда они погибали.) Ничего не происходит, подсознательно я чего-то жду. На следующее утро, когда их уже не было почти 20 часов, раздался телефонный звонок. Я кормлю ребенка, в трубке слышен голос Луизы: "А разве ты не знаешь?" Все, вот оно! Кровь бешенными скачками забилась в голове. Дальше... дальше все как в тумане, непослушные ноги и руки, рваные мысли и решения... Ребенка соседке, я еду в Спорткомитет:

Кто-то заслонил солнце гигантским фильтром, в ушах вата - почти нет звуков. Но нет, скорей, скорей, сейчас все выяснится, сейчас наше футбольное начальство развеет этот миф...

Стоп. Выбрасываю себя из машины. Почему так беспомощно стоят у дверей Толик и Ахмат? Преодолеваю последние метры, пытаюсь поймать взгляд, шепчу: "Это правда?". Но... только чьи-то руки подхватили сразу ослабевшее, чужое тело... и все, ночь..."

Абдурахман ЯДГАРОВ (учитель футболиста Шухрата Ишбутаева):

"В школе мы часто играли в футбол со своими учениками, среди которых выделялся Шухрат. Один раз в игровой ситуации я нечаянно упал на него. Что тогда я пережил, словами не объяснить. И вдруг он моментально встал и продолжил игру. Когда я спросил у него: "Тебе не больно?", на что он, улыбаясь, ответил: "Вы не беспокойтесь, учитель, все нормально. В футбол играют мужчины". Вот каким он был выносливым парнем. В сезоне 1978 года "Пахтакор" принимал владикавказскую команду. Я специально поехал в Ташкент посмотреть игру своего ученика. Все было отлично. Ну и команда была идеальная. В том матче Шухрат забил победный гол. После окончания он подбежал к трибуне, где сидел я. Счастливый и радостный помахал мне рукой. До сих пор не забываю эти мгновения.

Накануне того страшного дня 11 августа Ханифахон-ая приснился очень жуткий сон, о котором она никому ничего не сказала. На следующий день к воротам дома Ишбутаевых подъехала белая служебная "Волга". Городские руководители забрали мать футболиста к себе. После долгих молчаний все-таки было сказано - авиакатастрофа... Сердце матери не выдержало этого горя. Она долго болела и в конце-концов ушла к своему дорогому сыну: После смерти Ишбутаева в Навои была создана футбольная команда "Шухрат". А его младший брат Ихтиёр и сейчас продолжает эстафету, начатую Шухратом:

Юлдуз ТАЛИБДЖАНОВА (вдова администратора команды "Пахтакор"):

"В тот роковой вечер перед вылетом Мансур позвонил и попросил слепить пельмени, но пришел сытый, т.к. заехал домой повидаться с родителями и братьями. Вернулся часов в девять вечера, извинился и сказал: "Мы уезжаем на 3 дня, ты положи в холодильник пельмени, прилечу поем". В эту ночь мы с ним не спали, он был какой-то беспокойный. То попросит заварить чай, то порезать арбуз, то принести фрукты.

Всю ночь напролет рассказывал, как он рос в детстве, был подростком, как зарабатывал своим трудом на свадьбу, помогал родителям. У нас в те дни разбился сосед летчик, и Мансур мне говорит: "Ты знаешь, моя смерть придет, как и соседа, с неба". Он всегда был в движении - то надо встретить команду, тренеров, то надо отправить команду, достать билеты, достать билеты знакомым. Он говорил: "Мне, по-моему, и умереть будет некогда". Я расплакалась и сказала: "Ты утром улетаешь, а говоришь о смерти". Была беспокойная долгая ночь. Рано утром подъехала машина, и, не простившись с детьми, так как они еще спали, он ушел. Но, выйдя в подъезд, вернулся, поцеловал их и ушел навсегда:

На прощанье Мансур сказал мне: "Если со мной что-нибудь случится, ты не переживай, тебе трудно не будет". Он уехал, а я осталась со слезами. Ночью он обещал позвонить, но звонка не было. Я почему-то по-особому забеспокоилась, не смогла уснуть. Утром обещала детей повести в зоопарк. Иду обратно, а на встречу идет соседка и спрашивает: "Мансур улетел с командой или остался?". Потом она мне сообщила, что они разбились. Я не могла поверить. Позвонила в аэропорт, там сказали, что еще ничего не известно. Мы с Мансуром прожили недолгих 13 лет, из них половина в разъездах. Если пришлось бы начать свою жизнь сначала, не раздумывая, прожила бы ее также и только с Мансуром, которого я очень любила и люблю".

Журналист Владимир САФАРОВ о футболисте Юрии ЗАГУМЕННЫХ:

"Несомненно, читатель сейчас подумает: это что-то из разряда корчагинских историй будет. И не ошибется. Речь пойдет о человеке, который более полугода пролежал плашмя на спине в больнице, вышел из нее в корсете, получил вторую группу инвалидности и... стал играть в футбол. Но будет присутствовать в этой коротенькой главке и другой корчагинец (кавычки сознательно не ставим), который в футбол играл, неся в себе... натуральную сталь.

Речь пойдет о защитнике "Пахтакора" Юрии Загуменных. Играть начал в 17 "мальчишеских" лет во Владивостокском "Луче", куда его привел небезызвестный ташкентцам Александр Петрович Кочетков. В 1970 году после кубкового матча с "Зенитом" прочно осел на противоположном конце евразийского материка. И в течение пяти лет исправно радовал ленинградцев безупречной игрой. Но на шестом году, тренируясь зимой в зале, неудачно упал и повредил позвоночник.

В больнице ему сделали сложнейшую операцию по пересадке кости бедра на пораженное место. Очнувшись, он спросил: "А в футбол буду играть?". "Жить будете", - ответили ему. Жизнь без футбола была Юрию не в милость. И потому, хотя в райсобесе ему уже назначили пенсию и предлагали работу швейника, он, сняв корсет, начал лежа выполнять упражнения с резиновыми жгутами. Потом, держась за велосипед семилетнего сынишки, как в гонке преследования, начал потихоньку бегать. Через полтора года первый раз ударил по мячу, а вскоре явился в "Зенит" с заявлением. Но его не взяли. И тут Кочетков вновь зажег перед ним луч надежды. Александра Петровича только что назначили старшим тренером "Пахтакора" и он, зная, как никто, характер ученика, которого приглядел еще в ПТУ, пригласил его в Ташкент. Ташкентские эскулапы не нашли в новобранце никаких изъянов. А что он умеет делать в футболе, он быстро доказал, надев футболку под номером "пять", эта отметка стала для него привычной и в протоколах.

Стальной характер, ничего не скажешь. Ведь тогда, в 1977 году, ему было 28 лет. А он пришел в "Пахтакор" заводным мотором. На тренировках, когда все уже с ног валились от усталости, он вел всех вперед кличем: "Ну, пошла машина!". Такая и кличка у него была "Ну-пошла-машина".

Говорят, что каждый человек - это целый мир. Перефразируем: мир потерял удивительного человека. Этот рассказ для тех, кому бывает трудно и кому непременно нужна моральная поддержка. Такая поддержка была у Юры от жены Люды, которая всегда была рядом, и в дни, когда было трудно, и в дни его успехов. И, конечно, друзья, вместе с которыми Юрий Загуменных на футбольном поле приносил радость болельщикам. Скажем ему за это спасибо. Любовь к спорту передалась к сыну Сереже, мастеру спорта по плаванию.

Равшана АГИШЕВА (сестра футболиста Равиля Агишева):

"Равиль родился в Бухаре, в семье рабочих. В семье нас было трое, Равиль был средним. С детства он был серьезным, обязательным. Если что-то сказал, обязательно сделает. Учился в школе прекрасно, был отличником, мама только получала благодарности за воспитание сына. Приобщился к футболу благодаря папе, так как тренером детской команды по футболу был его друг Чернышов. Равиль стал тренироваться, не пропуская ни одной тренировки, даже во время летних каникул, когда хотелось подольше поспать. В семидесятые годы Равиль неоднократно был участником турниров "Кожаный мяч". В свои 10-11 лет он был самым высоким и мощным. На одном из детских турниров "Кожаный мяч" был признан лучшим игроком.

Скромность всегда была рядом с ним, и поэтому о его победах мы узнавали из прессы. Так, выступая на детских турнирах, его заметили тренеры из ФСШИ им. Титова и пригласили учиться. Тяжело было родителям и ему в 13 лет покидать дом, но решили, что так будет лучше для него. Мы всегда смотрели все матчи с участием Равиля, переживали неудачи и радовались победам. Тренировки занимали очень много времени, но, тем не менее, в свободное время Равиль очень любил рисовать. Об этом знают только близкие. Доброта, порядочность, скромность, огромное желание играть еще лучше, навсегда остались в памяти его близких.

Сообщение о катастрофе было как гром среди ясного неба. Мама, папа и я даже не могли представить все это, поскольку накануне утром сами собирали его в дорогу. У папы резко упало зрение, а у мамы (ей тогда было около 55 лет) впервые появилась седина. Если бы не это горе, кто знает, как бы все было в жизни. Многих ребят (Володю Сабирова, Шухрата Ишбутаева) я знала очень хорошо, т.к. они у нас часто бывали. Накануне ребята были у нас, шутили, травили анекдоты. Я сама (хотя мне уже 43 года и у меня взрослые дети) завидую маме, которая смогла воспитать такого прекрасного сына, как Равиль. Его индивидуальность, доброта, любовь - все разрушилось там, в небесах, но навсегда осталось в наших сердцах.

Я благодарна всем, кто помнит об этой замечательной команде "Пахтакор-79" и каждый год на протяжении 25-ти лет 11 августа приходят почтить память великим игрокам узбекского футбола. Вечная и светлая им Память!"




PS: При подготовке данного материала использованы материалы из личного архива футбольного статиста Владимира Сафарова и журналиста Аллы Тазетдиновой.

При подготовке статьи были использованы фотографии с официального веб-сайта ФК "Пахтакор"

Подготовил Мавлян Юлдашев.

Ташкент, 2004 год.