14 Декабрь 2018



Новости Центральной Азии

Люди в черном. В Казахстане оплакивают женщин, бежавших в Сирию и казненных террористами

Боевики ИГ. Кадр видеозаписи с сайта 9news.com.au

Когда жительница города Кандыагаш Актюбинской области Казахстана Гульбану Асанова сбежала в Сирию, ей было всего 19 лет. Это случилось три года назад во время майских праздников.

Мама Гульбану, Гульжан Имашева, вспоминает, что дочь в тот роковой день отпросилась поехать в областной центр. Мать она заверила, что вернется как можно раньше, просто 9 мая хочется побыть в городе. Учитывая, что ударившиеся в радикализм верующие отрицают все светские праздники, у матери забрезжила слабая надежда. Значит, Гульбану, которая последнее время стала носить черное и превратилась в ярую сторонницу радикального ислама, все-таки начала прозревать, подумалось Имашевой.

— Мы прождали ее до позднего вечера. Телефон дочери был отключен. Конечно, я заподозрила что-то неладное. А потом на столе нашли небольшой клочок бумаги — записку от нее. Днем мы даже не обратили на нее внимания.

Записка, по сути, была прощальным письмом. Гульбану, обращаясь к матери, написала, что уезжает в Сирию, попросила не искать ее и считать мертвой. Полуторагодовалую дочь Акгуль, которую она родила в конце 2013 года, Асанова доверила матери.

— На следующий день домой явились люди в форме. Начали задавать вопросы. Я показала им записку. Я до последнего не верила, что написанное в письме — правда. Но когда мне сказали, что Гульбану успела покинуть Казахстан, сердце чуть не разорвалось, — вспоминает Имашева.

По словам женщины, от сотрудников спецслужб она и узнала, что Гульбану намеревалась уехать в Сирию не одна. По крайней мере, заграничный паспорт она заказала не только себе, но и дочери. Но что-то, похоже, пошло не так, и она в итоге отправилась на Восток одна.

Родные рассказывают, что дома никто не был не то что фанатиком, а вообще — религиозным. Трое братьев Гульбану (она в семье была младшим ребенком и единственной девочкой), отец и мать хоть и относят себя к мусульманской вере, но никогда не читали намаз. Даже сейчас семья ведет светский образ жизни.


Гульжан Имашева. Фото «Ферганы»

— В 2012 году моя дочь познакомилась с неким Еламаном Шаймерденовым, — рассказывает Гульжан Имашева. — Именно с его появлением она изменилась до неузнаваемости. Надела хиджаб и черные длинные платья, стала читать намаз.

Попытки выяснить причину, почему дочь начала отвергать все светское, результата не дали. В ответ родители и братья девушки слышали лишь: «так жить, как вы живете, нельзя, — это грех», «еда, которую кушаете, — нечистая», а значит — это опять грех. Девушка начала отдаляться от родных, но во всем слушалась Еламана. Тот читал намаз, носил укороченные брюки, отпустил бороду. Родители запретили дочери встречаться с ним, а ему велели обходить Гульбану стороной. Но улыбчивый парень стал еще настойчивее.

Его ли идея была, чтобы Гульбану бросила колледж, никто не знает. Но девушке вдруг расхотелось учиться, хотя до знакомства с Еламаном она планировала стать программистом и устроиться на работу.

— Она нам насчет религии ничего не говорила. Просто пришла оформить академический отпуск, так как забеременела, — говорят в Кандыагашском промышленно-экономическом колледже.

Здесь Асанову вспоминают лишь добрым словом. Заместитель директора ПЭК Мира Балтымова и другие преподаватели ссуза (средне-специального учебного заведения) рассказывают, что к успеваемости и дисциплине учащейся Асановой не было никаких претензий. Она была самой активной среди первокурсниц, вела концерты, выступала на них с народными и современными танцами. Хиджаба на ней до оформления академического отпуска не было. Зато сейчас, не скрывают в колледже, здесь стали строже относиться к одежде студентов. Даже специальный стенд, касающийся правил единой формы в ссузе, вывесили прямо перед входом в учебное заведение.

— К нам часто приезжают теологи и учат детей отличать истинную религию от деструктивной. Что касается Асановой, она был очень хорошей студенткой, хорошо училась. Но потом вышла замуж и забросила учебу, ее поведение изменилось, — говорит Мира Балтымова.

В школе №5 города Кандыагаш, где Асанова проучилась с 1 по 10 классы, тоже хорошо знают историю с Гульбану. И до сих пор удивляются, как «такая пацанка, шустрая, смышленая, могла удариться в радикализм».

— Уму непостижимо, — разводит руками одноклассница Асановой Анар.

Забеременев, Гульбану сбежала из дома, поскольку родители, которые были против ее планов выйти замуж за Шаймерденова, велели ей сделать аборт. Но потом, чтобы не усугублять и без того сложную ситуацию, согласились на свадьбу.

— Поначалу Гульбану с Еламаном жили у его матери. Но потом отделились, у них семья какая-то неспокойная, — вспоминает Имашева. — Сам зять постоянной работы не имел. Я их сразу забрала в родительский дом. Думала, хоть так смогу что-то контролировать, попробую образумить, как-то повлиять на нее.

Но ни беседы по душам, ни строгие замечания действия не возымели. Гульбану продолжала встречаться со своими новообретенными сестрами по вере, а также заслушиваться проповедями из Интернета. Особым авторитетом у нее пользовался некий шейх Дарын Мубаров. Достаточно отметить, что литература авторства Мубарова или его «видеолекции» в виде файлов, закачанных в память мобильных телефонов, регулярно изымаются спецслужбами Казахстана у людей, которые обвиняются в терроризме. Например, тексты Мубарова нашли в телефоне актюбинского подрывника Рахимжана Макатова, который семь лет назад совершил самоподрыв в здании местного департамента комитета национальной безопасности.


Дом родителей Гульбану Асановой. Фото с сайта Azattyq.org

По словам Гульжан Имашевой, в начале 2015 года зять с дочерью развелись, Гульбану с Акгуль остались в родительском доме. Алименты Шаймерденов не платил, хотя стал зарабатывать мелкой торговлей на местном рынке.

— Ни слышать о нем не хочу, ни видеть его могу, — говорит Гульжан Имашева. — После того, как Гульбану сбежала в Сирию, он взял к себе Акгуль. Чем он занимается сейчас, женился ли повторно — меня не интересует.

Через пару месяцев после исчезновения Гульбану вышла на связь с семьей. Рассказала, что находится в Дейр-эз-Зоре, однако чем занимается, говорить не стала.

— Только и повторяла: «Мама, на все воля Аллаха». Просила фото Акгуль ей выслать, говорила, что сильно по ней скучает, — говорит Имашева. — Что бы мы у нее ни спрашивали, ни на один наш вопрос так и не ответила.

В этом году Гульбану также несколько раз звонила матери. Каждый раз — с неизвестного номера. Поделилась, что в Сирии родила еще двух девочек, одну назвала Румейсой. Вторая дочь родилась в августе.

— Дочка просила денег. «Мама, отправь деньги!» — говорила. Но откуда у нас, стариков, деньги?! Суммы большие называла. Ничего мы ей не перечислили. Она говорила, что хочет вернуться назад. В Казахстан или другую страну, не уточняла. Просто говорила, что хочет уйти оттуда, — говорит Имашева.

16 октября Гульбану должно было исполниться 23 года. Но на следующий день родители прочитали в социальных сетях, что в ДАИШ казнили трех казахстанок по имени Умм-Мариям, Умм-Атика и Умм-Муса. Один из каналов, распространивших информацию, был телеграм-канал «Д///ИХАД», который написал: «узнав, что две их землячки получили через хавалу (исламская клиринговая система) крупный перевод, три казахстанки Умм Мариам (в миру — Гульбану), Умм Муса (Дарина) и Умм Атика (Салтанат) явились к ним домой, где одну застрелили, другую задушили и добили ножом, а также расправились с 7-летней дочерью одной из жертв».

«Когда три гурии уже выезжали из Халифата с деньгами убитых, их задержал Амният (служба безопасности ИГ). В ходе допроса они во всем признались, покаялись, и с ними даже работали по укреплению веры в Аллаха, планируя отпустить в обмен на то, что они не уедут из Халифата. Однако раскаявшиеся в убийстве гурии заявили, что на самом деле всех вокруг, в том числе и муджахидов ИГ, они считают кафирами. …Когда одну из них вели на публичную казнь, она кричала про то, что Исламское государство — проект Америки, и призывала собравшихся очнуться», — пишет «Д///ИХАД». (Канал «Д///ИХАД» в Telegram, как указано на его странице, «не имеет отношения к “Исламскому государству” (запрещен в России) и относит себя к категории «юмор и развлечения». Однако его информация широко расходится по соцсетям; родители Гульбану Асановой отнеслись к этому тексту с полным доверием. — Прим. «Ферганы».)

— Я прочитала об этом в What’sApp, — говорит Гульжан Имашева, — и сразу поняла, что речь идет о моей Гульбану. Она ведь в последних разговорах со мной по телефону говорила только о том, что не хочет оставаться в Сирии.

Сейчас семья Имашевых готовится к поминкам дочери.

— Нужно позвать муллу, прочитать в ее память молитвы. Какой бы она ни была, что бы ни совершила, Гульбану — мой ребенок. Не я одела ее во все черное, не я вбила ей в голову про ИГИЛ. Для меня она — доверчивая девочка, которой отравили мозги, — плачет ее мать.

В дом Имашевых потянулись знакомые и близкие. Родителям Гульбану высказывают соболезнования.

— Я хочу обратиться к депутатам и тем, кто в парламенте. Прошу очистить наш Казахстан от этих радикалов, иначе еще много казахов погибнет, — говорит женщина.

Стоит отметить, что МИД Казахстана уже официально заявил, что проводит проверку фактов в связи с распространенной информацией в социальных сетях о казни трех казахстанок. Правоохранительные органы и спецслужбы Актюбинской области от комментариев воздержались.

Тем временем, еще одна женщина, чье имя приводится в сообщениях, Умм Муса (в миру Дарина), тоже является уроженкой Актюбинской области. Однако ее близкие, в отличие от Имашевых, не желают открытости.

Нелишним будет добавить, что в Актюбинской области случай со сбежавшими в Сирию Гульбану и Дариной не единственный.

К примеру, три года назад актюбинка Айзада Тасмуханова тоже рассказала общественности о исчезновении своей дочери Эльмиры вместе с зятем. Безутешная мать предполагает, что они могли перебраться в Афганистан или Сирию. А в 2016 году в суд города Актобе обратился местный житель Мирболат Жаманкулов с иском признать его жену Акмарал пропавшей без вести. Женщина пешком перешла казахстанско-киргизскую границу, а позже позвонила мужу и сообщила, что находится в Сирии. Она, как и Гульбану Асанова, оставила троих детей. В том же году актюбинские спецслужбы при выезде из областного центра задержали более десяти человек, которые, наняв микроавтобус, направлялись в Сирию. Они присягнули на верность лидеру ИГИЛ Абу Бакр аль-Багдади. Впоследствии их приговорили к различным срокам за покушение на участие в деятельности террористической группы.

По данным Государственного комитета нацбезопасности (ГКНБ) Казахстана, с момента начала войны на Ближнем Востоке в Сирию и Ирак уехали около 800 граждан Казахстана. Большинство из них — дети.

Рысжан Тулегенов, Актобе

Международное информационное агентство «Фергана»