12 Декабрь 2018



Новости Центральной Азии

Массовый расстрел в худжандской колонии. Почему убивает спецназ, а ответственность берет на себя ИГИЛ

Ворота колонии в Худжанде. Фото с сайта Ozodi.org

По последним данным, в ходе подавления бунта в колонии строгого режима в Худжанде на севере Таджикистана погибли не менее 53 человек и еще 186 получили ранения. Власти, несмотря на то, что прошло уже пять дней после случившегося, продолжают хранить молчание. Поразительно, но даже мировое сообщество, все эти многочисленные правозащитные организации и обеспокоенные демократией западные правительства, отмалчиваются по поводу произошедшего в худжандской колонии. Информация поступает исключительно по неофициальным каналам. Хотя последние данные о количестве погибших и раненых свидетельствуют, что в колонии либо устроили массовую бойню, либо там сформировалась серьезная подпольная организация заключенных, которые готовы были на самые отчаянные действия.

Что же произошло?

Итак, восстановим хронологию случившегося. К настоящему времени из неофициальных источников известно, что 7 ноября в 17 часов по местному времени в колонии №3 в Худжанде, где содержатся, по данным «Ахбор», большое число осужденных на длительные сроки за экстремистскую и террористическую деятельность, дежурный офицер в наказание за провинность заставил одного из заключенных раздеться догола и стоять во дворе колонии под холодным дождем. Из-за этого другие заключенные вооружились камнями, кирпичами, палками, заточенными вилками и ножами из столовой и напали на надзирателей. Часть колонии было захвачена заключенными. Однако из-за опасений директора колонии Файзулло Сафарова, что произошедшее может плохо сказаться на его карьере, тревога была объявлена только через пять часов, вечером около 22:00. В 22:30 в колонию вошли вооруженные спецназовцы с собаками, а уже через полчаса бунт был подавлен.

Первым о бунте сообщило сетевое издание «Ахбор» днем 8 ноября со ссылкой на свои источники в правоохранительных органах Согдийской области (Худжанд является ее административным центром). Сначала речь шла о 24 погибших — 22 заключенных и двух сотрудниках колонии. Довольно оперативно к ситуации подключились российские информационные агентства. Со ссылкой на свои источники среди согдийских силовиков РИА «Новости» сообщило, что среди заключенных погибло не менее 25 человек. Где-то через сутки российские медиа перестали давать информацию о произошедшем в Худжанде.

Через пару дней редкие казахстанские и киргизские СМИ стали сообщать о произошедшем, перепечатывая более ранние новостные сообщения. Надо отметить, что Киргизию произошедшее касается самым непосредственным образом, так как просачивалась информация, что несколько бунтовщиков могли сбежать. Согдийская область граничит с Узбекистаном и Киргизией, граница с Баткенской областью Кыргызстана местами совершенно условна: ни ограждений, ни разметки, патрули пограничников проходят редко (знаю это по собственному опыту, так как однажды случайно нелегально перешел из Согдийской области Таджикистана в Баткенскую область Киргизии — именно потому, что никаких знаков, обозначающих госграницу, не было).


Тела погибших заключенных. Фото с сайта Akhbor-rus.com

Новые сообщения независимых таджикистанских СМИ, полученные, как правило, от местных силовиков или родственников погибших, свидетельствовали об увеличении количества погибших. Причем характер смертельных ран один и тот же — огнестрельные. Закономерно возникает вопрос: эти заключенные были убиты во время подавления бунта или расстреляны после, когда силовики устроили массовую казнь?

Пытки и издевательства в таджикистанских тюрьмах

Самая распространённая и, видимо, самая вероятная версия, почему случился бунт: издевательства надзирателей. Пытки и издевательства в тюрьмах и следственных изоляторах Таджикистана совсем не новость. В августе этого года, например, «Фергана» писала о том, что политзаключенных в тамошних тюрьмах пытают, чтобы они публично стали критиковать запрещенную в стране оппозиционную Партию исламского возрождения (ПИВТ) и осудили оппозиционную деятельность в целом. Уже были неоднократные прецеденты, когда таджикистанским силовикам удавалось «ломать» политзэков. Например, мулла Аёмиддин Сатторов, которого называют одним из основателей ПИВТ, в вышедшем в 2018 году в Таджикистане документальном пропагандистском фильме «Возвращение из ада» («Бозгашт аз ҷаҳаннам») отрекся от партии, поскольку, по его словам, нынешнее руководство «растоптало устав», которым она руководствовалась, и попала под влияние Ирана. Эти заявления муллы были интерпретированы его бывшими коллегами по партии как результат давления.

Другой известный случай — оппозиционный священнослужитель Саид Киёмиддин Гози, незаконно вывезенный из России в Таджикистан в результате совместной спецоперации российских и таджикистанских спецслужб и приговоренный в мае таджикистанским судом к 25 годам заключения, заявил, что Иран спонсирует ПИВТ. По его словам, Иран добивается того, чтобы эта партия получила власть в Таджикистане. Признание Гози прозвучало в документальном фильме «Невидимые корни» («Решаҳои ноаён»), показанном 18 июня по всем таджикистанским государственным телеканалам.

В августе 2005 года в тюрьме Курган-Тюбе около сотни заключенных вскрыли себе вены в знак протеста против унижений и пыток со стороны надзирателей. Информация в СМИ пришла по неофициальным каналам. И только в ноябре, спустя три месяца, Управление исправительных дел Таджикистана (УИД) наконец-то озвучило свою версию произошедшего. По версии УИД, акцию с вскрытием вен спровоцировали «злостные нарушители» тюремного порядка, которые до этого уже многократно провоцировали надзирателей. Сами надзиратели, разумеется, вели себя более чем гуманно, но заключенные решились на крайнюю меру и даже, якобы, пытались поднять бунт в тюрьмах по всей стране.


Вид на здание колонии в Худжанде. Фото с сайта Ozodi.org

Версия с ИГ

Вторая основная, опять же неофициальная, версия произошедшего в Худжанде: бунт был спровоцирован осужденным представителем международной террористической организации — в частности, указывается так называемое «Исламское государство» (запрещенная террористическая организация «Исламское государство Ирака и Леванта», ИГИЛ, ИГ, ISIS или IS англ., Daesh араб., ДАИШ). Ситуация изначально подготовлялась осужденным террористом к бунту, просто издевательства надзирателей 7 ноября послужили толчком к действию.

Сообщалось, что ответственность за бунт взяло на себя ИГ. С одной стороны, это повод обвинить во всем террористическую организацию и не разбираться дальше с причинами. Однако с другой стороны, известно, что ИГ берет на себя ответственность за почти любое резонансное происшествие в исламском мире.

По мнению политолога и специалиста по Центральной Азии Андрея Серенко, произошедший инцидент — это большой просчет пенитенциарной системы Таджикистана. Тогда как в большинстве республик региона, к примеру, в Казахстане и Киргизии, люди, осужденные за экстремистскую деятельность или даже подозреваемые в симпатиях к идеям террористов, содержатся отдельно от других заключенных, вероятный сторонник ИГ в Худжанде, по-видимому, имел возможность не только свободно общаться с сокамерниками, но и активно влиять на других заключенных. В тоже время, как показывает практика, идеи «Халифата» в тюремной среде распространяются со скоростью эпидемии.

«Киргизские силовики рассказывали мне, убедившись на горьком опыте, что если в камеру, где сидят пара десятков уголовников, посадить одного-двух джихадистов, то через несколько месяцев 80% сокамерников будут на их стороне», — пояснил Серенко.

По его словам, если проповедник или вербовщик ИГ имеет возможность регулярно общаться с другими заключенными, даже самая суровая тюрьма обязательно превратится в «академию джихада». Некоторые эмиссары террористов намеренно совершают нетяжкие преступления, чтобы уже в тюрьме заниматься агитацией среди заключенных.

Собственно, это и могло стать одной из причин бунта в колонии Худжанда. Поскольку точных данных о зачинщиках до сих пор нет, официальные власти скрывают информацию о произошедшем, можно предположить, что охрана и сама не знала, скольких агентов Халифата она сторожит.

Неадекватные меры реагирования

Темур Варки, таджикистанский журналист, поэт и политический эмигрант, ныне проживающий в Европе, считает, что при попытке понять, что же произошло в колонии Худжанда, важно знать, кому подчинялся спецназ, подавлявший бунт. «Первое, что нужно иметь в виду, это то, что ОМОН и группа «Альфа», устроившие массовый расстрел заключенных, не подчиняются ГУИН Минюста. Они подчиняются соответственно министру МВД и главе Государственного комитета нацбезопасности. Такое быстрое реагирование, переброска группы «Альфа» в Худжанд в течение нескольких десятков минут вызывает много вопросов. Во-вторых, главы МВД и ГКНБ приняли самостоятельное решение по-отдельности, или эта команда была согласована с [президентом Таджикистана Эмомали] Рахмоном и отдана им самим? В ходе недавнего посещения Рахмоном Хорога он там прилюдно своим генералам сказал: «Если надо, применяйте все силы, я все беру на себя». Не исключено, что и здесь прозвучало нечто подобное в его стиле. Но, видимо, власти не ожидали, что команда жесткого подавления будет исполнена таким изуверским способом, стрельбой на поражение в темноте по всем движущимся и недвижущимся безоружным узникам. Свидетельства родственников двух погибших сотрудников колонии говорят о том, что они погибли от побоев. Значит, у заключенных не было оружия. И теперь власти судорожно ищут виноватых и пишут легенду для общества и мирового сообщества. Ни о каком ИГИЛе, который спланировал бунт, речи быть не может. Расстреливала «Альфа» ГКНБ, а ответственность взял на себя ИГИЛ? Бунт по многочисленным свидетельствам спровоцирован перешедшими все рамки терпения пытками и издевательствами в отношении политических узников. Многие из них оболганы, как Махмадаи Хаит, Бузургмехр Ёров, Зайд Саидов, блогер Джунайдулло Худоёров», — считает Варки.

По мнению доктора юридических наук, правоведа Шокира Хакимова, проблема неоднозначности трактовок произошедшего в Худжанде — в отсутствии реальной свободы слова в Таджикистане. «Как правило, в Таджикистане практически все субъекты информационного пространства находятся под жестким контролем правительственных учреждений и поэтому стараются воздержатся от распространения такого рода информации. А официальные источники информации до сих пор не согласовали единую позицию. СМИ, особенно государственные, привыкли абстрагироваться от освещения реальных проблем во всех сферах. Им удобно восхвалять власть и политическое руководство страны. Занимаются промыванием мозгов, суть которого заключается в формировании общественного мнения, что у нас эффективное современное успешное государство и практически не существует нерешенных проблем. А на просьбы независимых СМИ уполномоченные органы по существу не отвечают. То есть имеется множество проблем, связанных с доступом к источникам информации, и неравенство СМИ в зависимости от их ведомственной подчиненности и формы собственности. На практике возникают разные казусы, свидетельствующие о некомпетентности и недостатке профессионализма у сотрудников и администрации исправительных колоний, коррупции, кумовстве и местничестве. Негативное влияние на пенитенциарную систему оказывает и социально-экономическая ситуация в стране», — сказал «Фергане» Хакимов.

Итак, прошло вот уже пять дней после произошедшего в худжандской колонии, но и таджикистанские власти, и международное сообщество хранят молчание. Значит ли это, что в любой среднеазиатской тюрьме можно десятками расстреливать обвиненных в терроризме и остаться безнаказанным?

Александр Рыбин

Международное информационное агентство «Фергана»