18 Декабрь 2018



Новости Центральной Азии

И до и после обеда. Туркменские СМИ погрузили страну в информационный вакуум

Туркменская пресса. Фото с сайта Azathabar.com

Государственные СМИ в Туркменистане – это не средства массовой информации и даже не средства пропаганды. Пожалуй, лучше всего для них подходит определение «одическая поэзия». Читателям предлагается неустанно восхищаться повествованиями из жизни неизвестной процветающей страны, возглавляемой мудрым и всемогущим правителем - Аркадагом. Вероятно, сотрудники официальных СМИ не видят смысла писать о рутинной повседневности – каждый достойный гражданин и так каждый день видит вокруг себя экономический кризис, коррупцию, нарушения прав человека и нехватку продовольствия. А недостойный гражданин, к тому же, может нарушить запрет, обойти блокировки и прочитать обо всем этом в независимых СМИ, базирующихся преимущественно за границей и черпающих крохи информации от законспирированных собкоров.

Всемирная история лести

Многие полагают, что стиль «одической журналистики» зародился на почве восточного менталитета, склонного к цветистому языку и строгой иерархичности. Действительно – обе страны, в которых в наши дни ярче всего реализуется этот стиль, а именно Туркменистан и Северная Корея, находятся в Азии. Однако на самом деле все несколько сложнее. Допустимо ли хвалить ближнего своего, где проходит граница между похвалой и лестью, следует ли поэтам и писателям восхвалять правителей – слишком общие вопросы, они на протяжении всей истории то и дело становились актуальны для самых разных человеческих обществ.

Похвала – не менее действенный инструмент, нежели порицание, и оба этих понятия можно уместить в рамках одного определения: «словесная оценка человека или его деятельности». Когда речь заходит о власть имущих, эта тема сразу превращается из этической в политическую. Потому что власть позволяет человеку наказывать критиков и возвышать льстецов. И чем больше у человека власти, чем менее она ограничена – тем ярче это проявляется. В демократическом государстве лестью можно добиться от чиновника разве что незначительной личной благосклонности, причем существует риск, что этот случай будет замечен и беззастенчиво осмеян широкой публикой. А вот там, где царит тирания, критика власти превращается в акт героического самопожертвования, а восхваление – в мощный механизм карьерного и финансового роста.

Понятие «панегирик» (в переводе с древнегреческого – «похвальное слово в торжественном всенародном собрании») зародилось еще во времена Древней Греции и Рима. Первоначально развитие жанра панегирика было тесно связано с похоронами: в те времена, как и сейчас, считалось, что хвалить человека лучше после его смерти. Но со временем панегирики начали сочинять во славу живых современников, во славу родной страны, какого-либо события, и, конечно, во славу правителей.

Плиний Младший в панегирике римскому императору Траяну крайне нервно рассуждает о допустимости этого жанра. Он признает, что нередко властителей хвалят из страха перед ними. Однако Траян, по утверждению Плиния, радикально отличается от прежних правителей. «Не будем ни в каком случае воздавать ему хвалы как какому-нибудь богу или кумиру, ибо мы говорим не о тиране, но о гражданине, не о властелине, но об отце», – пишет автор. Наверное, примерно так рассуждают практически все авторы панегириков всех времен и народов. У каждого есть причины сказать, что именно его правитель – не такой, как все, и именно его творчество – не низменная лесть.

В XVI-XVII веках жанр начал вырождаться, получили распространение пародийные «панегирики». Но в том же XVII веке жанр пережил возрождение во Франции в виде придворной поэзии. В XVIII веке даже Вольтер и Дидро уделяли время восхвалению власти. На ту же эпоху пришлось культурное влияние Франции на Россию – и за восхваление престола принялись Ломоносов и Державин. Окончательный крах на Западе этот жанр потерпел лишь в XIX веке. Именно тогда слова «панегирик» и «придворная поэзия» стали считаться едва ли не бранными. Но если восхваление непосредственно правителей было окончательно и бесповоротно признано дурным тоном, то никто не мог запретить поэтам выражать восторг в адрес родной земли, своего народа, каких-либо важных исторических событий. Существует немало искренних и талантливых произведений на эти темы, однако нередко земля и народ используются лишь как прикрытие для все той же придворной лести.

Действительно массовая информация

В XX веке по всему Западу постепенно распространилась всеобщая грамотность, произошел скачок в развитии технологий, и в результате зародились средства массовой информации в современном виде. Как правило, в распространении нуждается не самая приятная информация. Это проявляется даже на бытовом уровне: мало кто стремится рассказать, что сегодня благополучно купил в магазине хлеб. Но вот если покупателя в магазине обсчитали и обругали – скорее всего, об этом в ближайшее время услышат все его знакомые. Даже просто рассказать, что твой ребенок получает в школе одни пятерки – это скользкий шаг, граничащий с хвастовством. А вот пожаловаться на неуспеваемость ребенка и попросить у знакомых совета – вполне естественное, социально одобряемое решение.

По тому же принципу действовали и СМИ там, где им позволяли развиваться относительно свободно. Никто не пишет об отличном обслуживании в магазинах и прекрасной успеваемости в школах – но если в каком-то магазине происходит скандал или в стране сильно ухудшается уровень образования, то это сразу привлекает внимание журналистов. Неприкрытая похвальба возможна лишь в виде оплаченной рекламы (в том числе политической – предвыборной), которая четко отделена от основного содержания издания. Если же оплаченная реклама маскируется под обычный журналистский материал, это вызывает нарекания и расценивается как подкуп.

Иными путями развивались СМИ в странах, власти которых попытались сохранить жесткий административный контроль над настроениями общества. Первый шаг цензуры – это наложение запрета на любую информацию, которая может повредить авторитету власти. Второй шаг – требование открыто хвалить власть. Конечно, время неприкрытых панегириков личности правителя уже прошло, но это не мешало газетам и радио Третьего Рейха восхвалять нацию и фюрера как полномочного представителя этой нации. В СССР основными предметами восхваления стали рабочий класс и идеалы коммунизма, а уж через них – и правители, которые представлялись защитниками класса и вершителями идеалов.

Развязав Вторую Мировую войну, Третий Рейх настолько повредил своей репутации, что ни о какой национальной гордости в послевоенных германских СМИ речи быть уже не могло. А вот СССР умирал медленно, поэтому местные СМИ получили возможность неспешно пройти долгий путь от булгаковского «не читайте до обеда советских газет» до иронии Александра Башлачева: «В «Труде» сенсационная заметка о том, что до сих пор шумит тайга». Иными словами, в начале XX века советская пресса была слишком агрессивной и могла обеспокоить «старорежимного» интеллигента, а к концу эпохи превратилась в скучную, но максимально идеологически безопасную подборку заметок об официальных мероприятиях, природе и погоде.

Но, кстати, у позднесоветских диссидентов была возможность почитать кое-что более интересное. В СССР активно распространялся северокорейский журнал «Корея». КНДР, образованная в 1948 году, еще не растеряла молодой социалистический задор. А возможно, сказался и пресловутый восточный менталитет. Так или иначе, панегирические цитаты из журнала «Корея» становились предметом высмеивания на многочисленных прокуренных кухнях разочаровавшегося в коммунизме СССР. Как известно, «купил журнал «Корея» и герой знаковой перестроечной песни «Гражданской обороны», записанной в 1988 году.


Экземпляр «Комсомольца Туркменистана» за 1964 год. Иллюстрация с сайта Meshok.net

Там тоже хорошо…

В 1991 году правопреемница СССР Россия получила возможность читать совершенно новую для себя прессу и смотреть новые телепередачи – как социально острые и умные, так и откровенно «желтые» и кровавые. Северокорейская пресса, все такая же нелепая и несгибаемая, до сих пор доступна на русском языке, но посмеяться над ней удосуживаются редкие ценители. И уж совсем мало кто обратил внимание на новый оплот «панегирической журналистики», зародившийся в независимом Туркменистане.

Конечно, во многих постсоветских республиках (в том числе и в России) уровень демократии в целом, и свободы прессы в частности, оставляет желать лучшего. Практически везде журналистика, особенно приближенная к власти, на долгие десятилетия сохранила традиции и штампы советских времен. Но все же Туркменистан, где сразу после распада СССР возник культ личности президента Сапармурата Ниязова (Туркменбаши), ярко выделяется даже на этом фоне. Немногое изменилось и при Гурбангулы Бердымухамедове (Аркадаге), который стал президентом после смерти Ниязова в 2006 году. Взять хотя бы эти поэтические титулы: Туркменбаши означает «глава туркмен», а Аркадаг – «покровитель». То и другое однозначно свидетельствует, что президент – это не просто временный глава государства, свободно избранный простыми гражданами из своего числа.

До 2013 года в Туркменистане в принципе не существовало закона о СМИ (да и состоявшееся в 2013 году принятие закона, формально запрещающего цензуру, на практике ничего не изменило). Практически все зарегистрированные издания являются государственными. С появлением интернета, который с определенными сложностями смог распространиться и в Туркмении, у недовольных появилась возможность с беспрецедентной легкостью основать альтернативное СМИ, и кое-кто этой возможностью воспользовался. Но быть независимым журналистом в Туркменистане очень опасно, поэтому издатели большинства независимых изданий сейчас проживают за рубежом. Им приходится получать информацию с родины через знакомых и от читателей – естественно, на условии анонимности. Так же действуют и зарубежные СМИ, такие как Радио «Свобода». Это не способствует широте и точности освещения жизни в стране.

Но вернемся к государственным СМИ. Главной газетой страны является «Нейтральный Туркменистан» – официальное издание правительства. В интернете эта газета официально не представлена. Ее выпуски публикуются в сети лишь частным дистрибьютером «Парахат.инфо».


Передовицы различных выпусков «Нейтрального Туркменистана». Иллюстрации с сайта Parahat.info

Абсолютно на каждой передовице размещен портрет Гурбангулы Бердымухамедова. Чаще всего он одет в строгий черный костюм. Изредка «покровитель» выступает в образе – например, сидит за рулем гоночного автомобиля или участвует в военных учениях. Соответственно, и текст передовицы посвящен деятельности Аркадага – это могут быть итоги проведенного совещания, встреча с кем-то из зарубежных лидеров, экскурсия на завод или в порт. Заголовки материалов «Нейтрального Туркменистана» максимально неинформативны. Типичные примеры – «Конструктивное сотрудничество во имя всеобщего благополучия» (отчет о визите Бердымухамедова в Сочи), «Высокий потенциал отрасли» (статья о нефтеперерабатывающих заводах), «Центр духовности и творчества» (заметка об одном из районных Домов культуры).

Аркадаг и его конь

Нередко газета размещает «письма читателей». Типичный пример из номера от 16 августа – размышления «оператора ЭВМ Дяневского этрапского комитета Демократической партии Туркменистана Лолы Хасановой» о том, что «во главе с Аркадагом туркменский народ укрепляет дружественные связи с соседними государствами». А также о том, что «независимый Туркменистан всегда был сокровищницей культурно-исторических памятников». Ну и о том, что «духовное наследие туркменского народа является непоколебимым фундаментом нации». Это в других странах люди пишут в газеты, если им не платят зарплату или отключили воду. Правильного туркменского гражданина на общение с журналистами может толкнуть только неистребимый зуд любви к родине и президенту.

Но апофеоз этой любви выражается в стихах, которые НТ публикует с периодичностью примерно раз в один-три месяца. Например, на юмористических сайтах сохранился текст поэмы Гозель Шагулыевой, опубликованной в начале июля. Поэтесса признается, что ее вдохновил на творчество незабываемый миг, когда «Президент Герой-Аркадаг впервые оседлал коня Акёл». Поэма называется скромно и со вкусом – «Спустился на землю посланник небес». «Меня охватили чувства удивления, гордости, радости, вдохновения» – отчитывается в предисловии немолодая уже поэтесса, словно школьница на уроке политической грамотности. Сама поэма выдержана в классическом стиле придворной оды:

Мой рассказ бесконечный, и это не сказка.

Какие победы за короткий срок!

В мире туркмен появился Тот,

Кто понял и почувствовал истину этого мира.

Эта сила людские сердца покорила,

Вперед! Только вперед ведет она нас! (и т.д.).

Шагулыева начала поэтическую карьеру еще в советское время. В 1951 году 11-летняя девочка впервые написала стихи для школьной газеты – и естественно, это были стихи о Родине. В 1969 году стихи Шагулыевой впервые опубликовали в настоящей газете, в 1971 году вышел первый сборник. При Ниязове Шагулыева активно прославляла провозглашенный им «Золотой век», при Бердымухамедове переключилась на объявленную им «Эпоху могущества и счастья». Власти выделили поэтессе две четырехкомнатные квартиры, она имеет звания Народного писателя и Героя Туркменистана.


Стихотворное посвящение Аркадагу в «Нейтральном Туркменистане»

В 2017 году «Нейтральный Туркменистан» опубликовал как минимум четыре поэмы Шагулыевой, посвященные Аркадагу. Ценителям ее творчества понравились, в частности, строки: «Даже зеленый ковер, по которому Ты ступаешь, счастья желает Тебе». Также критики отметили, что Шагулыева стала повторяться. Она написала о Бердымухамедове: «Страна – кольцо, ты драгоценный камень в нем». Ранее она писала о Ниязове: «Туркменистан – как перстень драгоценный. Бриллиант на перстне том – Туркменбаши».

Завоевание Сети

Туркменские государственные СМИ представлены и в интернете. В первую очередь это государственное информагентство «Туркменистан сегодня» и интернет-издание «Золотой век». Оба они повторяют основную повестку дня, изложенную в «Нейтральном Туркменистане». Агентство излагает информацию сжато и сухо, а «Золотой век» иногда позволяет себе лирические материалы, посвященные, например, животному миру пустыни, зимовке птиц в Ашхабаде или караванным маршрутам прошлого. Удивительная вольность – в таких заметках обычно ни разу не упоминается Бердымухамедов.

Схожим образом, с оглядкой на «Нейтральный Туркменистан», формируется повестка изданий Turkmenportal, InfoAbad, Turkmenistan.Ru. Единственное их отличие от более «официальных» СМИ – это старание четче определять темы и формулировать заголовки. Они стараются писать не о «видеоселекторных совещаниях с участием Президента», а о том, какие конкретно решения были приняты на этих совещаниях.

А издание Arzuw пошло еще дальше – оно почти не дублирует общую повестку дня, зато нередко публикует оригинальные материалы. Например, заметку под заголовком «Продуктовые прилавки Туркменистана изобилуют товаром на любой вкус», автор которой искренне восхищается работой «пищеторга Беркарарлыкского этрапа г.Ашхабада». Кстати, в тот же день, 17 августа, той же темой вдохновился и журналист Turkmenportal. Он озаглавил свой материал «Сельскохозяйственные реформы обеспечили продовольственное изобилие в Туркменистане» и отметил: «На внутреннем рынке республики всё большое появляется продуктов отечественного производства на базарах и магазинах широкий ассортимент хлебобулочных изделий, продуктов из молока свежих и консервированных фруктов и овощей, что, безусловно порадуют любого покупателя» (орфография и пунктуация сохранены).

Иными словами, информационный рацион добропорядочного гражданина Туркменистана, не тяготеющего к «вражеским» СМИ, оказывается предельно диетическим. Он должен внимательно ознакомиться со всеми сегодняшними достижениями президента (от рабочих совещаний до поездки на гоночном автомобиле); смахнуть скупую слезу при чтении оды Шагулыевой или иного придворного поэта; порадоваться строительству новой больницы или началу выпуска нового вида цемента; культурно отдохнуть над перечислением пустынных животных или караванных троп; ну и наконец – наглядно убедиться, что пустые прилавки и очереди ему только померещились, и в стране царит товарное изобилие.

Молчание – золото

А теперь о том, чего в туркменских СМИ нет. Там нет криминальной хроники и хроники происшествий, ни в каком виде. Никаких убийств, ДТП, несчастных случаев, краж и мошенничества. Можно считать, что преступления в «Эпоху могущества и счастья» целиком и полностью ушли в прошлое. Также там почти нет мировых новостей. Туркменские СМИ не пытаются расширить свою повестку за счет сообщений даже о самых важных зарубежных новостях. Единственное исключение – краткие заметки о соболезнованиях Бердымухамедова в адрес глав тех государств, где случается стихийное бедствие либо иная катастрофа. Ну а самое интересное – в туркменских СМИ, в отличие от типичных СМИ тоталитарных стран, нет образа врага – ни внешнего, ни внутреннего. Считается, что процветанию туркменского государства не мешают ни другие страны, ни политическая оппозиция. Никого не пытаются обвинить в проблемах страны – об этих проблемах просто молчат.

Также государственные СМИ молчат об оппозиции – по версии властей, она не строит козни, не устраивает диверсии, не несет заслуженное наказание. Ее просто как бы не существует. И, возможно, это более эффективный способ подавления оппозиции, чем очернение. Почитав государственные СМИ, недовольный человек не может не почувствовать себя одиноким. Что же касается других стран, то они, согласно официальной туркменской идеологии, безмерно уважают Туркменистан и непрерывно восхищаются успехами Туркменистана. «Признанный во всем мире», «оцененный всей мировой общественностью», «ставший примером для многих стран» – типичные обороты из статей обо всех сторонах жизни страны. Если же журналистам удается провести максимально дипломатичную беседу с каким-либо иностранцем – то это считается увесистым доказательством в пользу описанной позиции. Хотя со стороны понятно, что выбранные иностранцы по тем или иным причинам заинтересованы в хороших отношениях с властями Туркмении и потому соблюдают элементарную вежливость.

Эталоном такого рода вежливости может считаться ответ британского историка Питера Франкопана, у которого поинтересовались, что он слышал о Туркменистане до своего приезда в страну. Естественно, Франкопан не мог напрямую сказать, что Туркменистан, мягко говоря, не очень активно обсуждается во внешнем мире. Сначала ученый заявил, что в силу своей профессии он больше интересуется древним миром, чем современным. А затем сказал: «Правда в том, что во многих частях света мы слышим о Туркменистане очень мало. Причиной этого является не только сам Туркменистан: во многих регионах мира сейчас идут войны, голод и другие проблемы разного рода, о которых, к сожалению, чаще всего и пишут в новостях». Иными словами, Франкопан изящно намекнул, что СМИ предпочитают сообщать о неблагополучных регионах, и малоизвестность Туркменистана – свидетельство его выдающегося благополучия.


Туркменские газеты и журналы. Фото с сайта Currenttime.tv

Жизнь в вакууме

Как воспринимают сложившуюся ситуацию простые граждане? По свидетельству наших источников, граждане, конечно, понимают, что государственные СМИ далеко не всегда публикуют правдивую информацию. Но и независимым СМИ они доверяют не полностью. Во-первых, из-за сложности получения сведений их заметки действительно могут быть неточными; во-вторых, распространено мнение, что такие СМИ все же несколько очерняют действительность. Например, в начале 2018 года было опубликовано видео, где граждане Туркмении штурмуют грузовик с отрубями. Независимые журналисты рассудили, что их довел до этого голод. Наш источник возмутился этой интерпретацией. По его словам, люди покупают отруби не для себя, а для скота. Хотя да, грузовик штурмуют, потому что дефицит кормов действительно присутствует. Для иностранца, привыкшего к постоянной доступности всех товаров, разница может быть небольшой, но для жителей закрытой бедной страны она принципиальна. Люди вынуждены есть отруби – ужасно, дефицит кормов для скота – терпимо.

В результате важнейшим источником бытовой информации для граждан Туркмении становится «сарафанное радио». Более того, само государство активно использует неофициальные пути распространения информации. О многих важных вещах, которые в другой стране активно обсуждались бы в прессе, жителям Туркмении сообщают на собраниях, созванных по различному принципу (представители определенной профессии, жители определенного села). А иногда человек узнает о каком-либо бюрократическом нововведении только в тот момент, когда обращается в государственные органы по тому или иному поводу. Например, запрет на выезд из страны нередко «оформляется» прямо в аэропорту в устной форме. Таможенник или представитель службы безопасности просто говорит человеку: «Не положено». А какие-то новые запреты и ограничения в торговле или в сфере услуг часто вводятся чиновниками, приходящими в магазины и иные учреждения с извещением о некоем «распоряжении сверху».

Люди, которые побывали на собраниях или получили распоряжения, рассказывают об этом друзьям и знакомым. Те пересказывают новости другим знакомым. Точно так же распространяется и любая другая информация, которую предпочитают не замечать государственные СМИ – например, о тех же преступлениях. Естественно, слухи быстро искажаются, работает принцип «испорченного телефона». Более того, некоторые слухи могут запускаться властями специально – например, слух о миграционной амнистии, предназначенный для заманивания нелегальных мигрантов обратно в страну. С одной стороны, мигрант вполне может поверить в обещанную амнистию. С другой стороны, властям ничто не мешает арестовать его сразу по прибытии в страну. Ведь официально, через сообщения в государственных СМИ, ему никто ничего не обещал. Да что и говорить, если в официальной картине мира проблемы миграции вообще не существует.

Таким образом, информационная среда обитания простого гражданина Туркменистана является крайне зыбкой и ненадежной. Доверять нельзя никому – ни властям, ни запрещенным оппозиционным источникам, ни даже собственным друзьям и соседям. По сути в стране не работает привычная для современного мира система быстрого, качественного, разностороннего информирования всех желающих буквально о чем угодно. А то, что называется «СМИ», на самом деле играет декоративную роль, являясь украшением для режима и неиссякаемым источником шуток для иностранцев.

Однако стоит отметить, что это «украшение» отнюдь не так безобидно, как может показаться. В той или иной степени идеологическая нагрузка играет свою роль, снижает напряжение, убеждает людей в легитимности власти и в нормальности происходящего вокруг. Характерно свидетельство туркменских студентов зарубежных вузов, которые утверждают, что опасаются соотечественников-первокурсников. По словам студентов, на первом курсе молодые люди нередко сохраняют то понимание любви к родине, которое навязывалось им на протяжении всего детства. А значит – во время «доверительной беседы» с сотрудниками спецслужб вполне могут рассказать, кто из однокурсников «неправильно» себя ведет или допускает «непатриотичные» высказывания.

Ко второму-третьему курсу студенты, как правило, уже привыкают к жизни за рубежом и приучаются различать любовь к родине и к власти. Но что происходит в головах тех людей, которые не едут учиться за рубеж? Остается только догадываться. А главное – трудно понять, во что на самом деле верит Аркадаг и его приближенные. Вполне вероятно, что и они искренне считают, что рисуемая государственными СМИ картина соответствует действительности. То есть что Туркменистан – великая, уважаемая всем миром страна, успешно перешедшая из «Золотого века» в «Эпоху могущества и счастья».

Татьяна Зверинцева

Международное информационное агентство «Фергана»